магистр РАНХиГС

Емелина Людмила Анатольевна,
научный руководитель, к.ю.н.,
доцент кафедры правового обеспечения
рыночной экономики ИГСУ, РАНХиГС 

КОМУ ПРИНАДЛЕЖАТ ДЕТИ?

Статья 29 Конституции РФ гарантирует каждому право

свободы мысли и слова, а также право на распространение

информации любым законным способом.

ВВЕДЕНИЕ В ПРОБЛЕМУ

Очень долго не мог подобрать название для этой статьи, а ведь как корабль назовешь, так он и поплывет. Существует серьезная проблема вокруг несовершеннолетних детей, которых как правило делят супруги или государство изымает их из семьи.

Живут себе некогда любящие супруги вместе, у них рождается долгожданное дитя и вдруг происходит конфликт, в результате которого женщина решает, что теперь «семья» – это она и «её» ребенок. Она забирает ребенка и заявляет мужу, что больше он этого ребенка не увидит. Если бы мы с вами были изучали психологию, то освещали бы эту ситуацию в разрезе того, как построить гармонию отношений и уметь прощать. Были бы мы студентами экономического вуза – то изучали бы конфликтологию в корпоративной культуре. Но как юристам нам важно дать общую правовую оценку данного явления.

Вот классическая ситуация: мужчина приходит домой, а жены, вещей, а самое главное – ребенка там нет. В записке сказано: «мы ушли, нас не ищи, встретимся в суде». Как можно квалифицировать действия этой женщины, этот уже состоявшийся правовой факт, это самовольное изъятие ребенка из семьи одним из родителей: кража (ст. 158 УК РФ), шантаж другого родителя в будущем с целью вымогательства (ст. 163, ст. 179 УК РФ)? Этот факт мы, как юристы и должны оценить, пусть даже наше мнение будет расходиться с действующим законодательством.

Я стал рассуждать об этом и у меня появилась мнение, что ребенок, как и все нажитое имущество в браке у супругов, является неким капиталом, активом. Итак, если ребенок – это часть семейного капитала, то:

1.       Какова стоимость ребенка? Почему один родитель остается «детским банкротом», а другой счастлив?

2.       Можно ли считать родителей равноправными претендентами на ребенка? Или ребёнок должен принадлежать одному родителю?

3.       Как оценить ущерб при отобрании ребенка одним родителем у другого?

4.       Как быть, если соглашение о разделе ребенка не достигнуто?

5.       Можно ли эти аспекты раздела ребенка и компенсации за него другому родителю включить в брачный контракт?

6.       Как оценить вред ребенку, причиненный другим родителем или государством?

7.       Кто становится владельцем ребенка после изъятия его из семьи? Кто настоящий владелец детей в Российской Федерации?

8.       Положена ли компенсация родителям при изъятии ребенка из семьи? Если нет, то почему?

Давайте разберёмся с главным вопросом – кому принадлежит ребенок на самом деле и тогда нам будет ясно, как можно квалифицировать действия такой женщины (или мужчины), оставляющей (-щий) второго супруга без ребёнка.

А РЕБЕНОК ТО НИЧЕЙНЫЙ!

Как считает подавляющее число россиян, их ребенок – общий для родителей, это их ребенок. Мы считаем, что это – «наш» ребенок и никому мы ему не отдадим. Но, к сожалению, это не так.

Когда у вас родился ребёнок не стоит всем родственникам говорить «вот мой сын» или «вот моя дочь», «вот наше чадо» или «вот наше дитя». Вы можете говорить в отношении ребенка, родившимся в вашей семье, все что угодно, кроме того, что он «ваш». Потому что ребенок не принадлежит вам и вашим родственникам юридически.

Вот когда в вашей семье появится автомобиль, то вы смело можете показывать с ним фото и говорить «это наш автомобиль». Никто у вас изъять его не сможет, потому что это ваша собственность, которой вы владеете. Пару слов о владении.

Статья 209 ГК РФ. Содержание права собственности

 1. Собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

2. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

И действительно, в Семейном кодексе устанавливается даже совместное владение имуществом, приобретенном в браке.

Статья 34 СК РФ. Совместная собственность супругов

1.      Имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Можно ли предположить, что и ребенок – часть нажитого супругами имущества? По закону – нет, в перечне совместной собственности ребенок не считается ни «совместным», ни «имуществом», следовательно ребенок – никому не принадлежит и не является общим имуществом.

Статья 34 СК РФ. Совместная собственность супругов

2.    К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Однако, как говорил персонаж м/ф «Каникулы в Простоквашино» почтальон Печкин «мальчики ничейными не бывают, у них родители есть». Да, есть. Но скорее всего, родители, согласно Римскому праву, не являются владельцами своих детей по posessio civilis, цивильному праву (действующего до принятия Законов XII таблиц), ибо в свидетельстве о рождении ребенка указывается только те люди, кто его родил, от кого ребенок произошел, классическая метрика, но не его владельцы.

Так же можно считать, что отношение родителей к детям похоже на ДОБРОСОВЕСТНОЕ ВЛАДЕНИЕ bonae fidei possessio, однако данное вещное право в Риме защищалось преторским иском, что весьма похоже на защиту родительских прав в правовой системе РФ:

Статья 68 СК РФ. Защита родительских прав 

1. Родители вправе требовать возврата ребенка от любого лица, удерживающего его у себя не на основании закона или не на основании судебного решения. В случае возникновения спора родители вправе обратиться в суд за защитой своих прав.

При рассмотрении этих требований суд вправе с учетом мнения ребенка отказать в удовлетворении иска родителей, если придет к выводу, что передача ребенка родителям не отвечает интересам ребенка.

Однако, защита родительских прав не дает родителям над детьми статуса законного владения posessio iusta.

КТО НАСТОЯЩИЙ ВЛАДЕЛЕЦ НАШИХ ДЕТЕЙ?

Да, родители могут изъять ребенка по решению суда у третьей стороны на основании так называемой активной легитимации виндикационного иска (п1. ст. 68 СК РФ), но весьма странно, что и при этом у родителей есть некие права, больше похожие на то, как будто их владение основано на опосредованном владении, раз прямого, оригинарного, или титульного владения у родителей над ребенком нет (нет официального и документарного права собственности).

Значит, в нашем современном праве есть все признаки владения детьми, которые, если и не принадлежат родителям, то принадлежат кому-то другому, что так искусно скрывается за ширмой законов и кодексов.

Давайте за примером обратимся к § 868 ГГУ, где владелец признается опосредованным, а не прямым владельцем, который в нашем случае временно владеет ребенком, пользуется им (например, посылает его в магазин или просит прибраться в квартире).

Если кто-либо владеет вещью в качестве пользовладельца, закладодержателя, арендатора, нанимателя, хранителя или на основании подобного тому отношения, в силу которого он на время вправе или обязан по отношению к другому лицу владеть известною вещью, то это другое лицо также признается владельцем (посредственное владение, mittelbarer Besitz).

Ну и тот логический вывод, к которому мы так шли. Кто же является оригинарным владельцем вашего ребенка? Ну конечно тот, в пользу которого ребенка возможно изъять из семьи. Некий закулисный paterfamilias, во власти которого находится судьба ребенка, находящегося в каждой российской семье.

Всё это очень похоже на то, как если бы некий собственник, оригинарный владелец, дал бы вам землю для возделывания, пусть даже вы и получали бы с этой земли урожай с присвоением себе всех плодов пожизненно (имеется ввиду внимание, помощь ребенка родителям). Весьма похоже на личный серветут servitutes personarum с правом пожизненного пользования – узуфрукт (ususfructus). Другими словами, все что делает ребенок в течение всей своей жизни по отношению к родителям – подарки, помощь, всё это остается родителям.

Но этот ребенок, согласно Римскому праву, может быть изъят его настоящим владельцем в определенный момент государством, если «пользователь» (производный владелец), а в нашем случае – родители, нарушили бы два основных правила владения possessio:

1.       Потеряли фактическую власть над ребенком corpus possessionis, например, ребенок убегает из дому, не ходит в школу, ребенка подбирают сотрудники полиции за бродяжничество и т.п.

2.       Не имею желания и намерения владеть animus possidendi ребенком, другими словами, не заботятся о нем, не относятся, как к своему

В Древнем Риме, действительно, владение над вещью можно было потерять, нарушив один из этих двух принципов amittimur possessionem aut animo aut corpore -владение теряется либо утратой воли, либо физической связи с вещью.

Ульпиан писал (fr. 12. 1. D. 41. 2), что собственность не имеет ничего общего с владением (nihil commune habet proprietas cum possessione). А это значит, что родители, проживая с ребенком в одной квартире, не становятся его владельцем.

Современный Семейный кодекс так описывает причину изъятия ребенка из семьи:

Статья 77 СК РФ. Отобрание ребенка при непосредственной угрозе жизни ребенка или его здоровью

1. При непосредственной угрозе жизни ребенка или его здоровью орган опеки и попечительства вправе немедленно отобрать ребенка у родителей (одного из них) или у других лиц, на попечении которых он находится.

Основания весьма размытые и под них можно притянуть разные обстоятельства, хотя можно встретить в практике реальные 100% случаи подпадания фактов под эту норму закона.

Из этого мы делаем вывод, что ни о каком владении детьми (corpus possessionis и animus possidendi) их родителями в российском государстве речь не идет. Государство, как оригинарный владелец, решает самостоятельно и без сопротивления со стороны родителей судьбу своих, «россиянских» детей. В Древнем Риме, даже если посчитать ребенка «вещью», рабом например, претор (он же наш самый гуманный суд мире – цитата их х/ф «Берегись автомобиля») выдал бы нашим родителям в таком случае интердикт Interdictum utrubi, который гласил: запрещаю применять насилие с целью увести раба к себе против того, у кого он [раб] имеется в наличии, пробыв у него большую часть последнего года и не будучи взят насильственно, тайно или до востребования у того, кто претендует на владение «Utrubi vestrum hic homo, quo de agitur, nec vi nec clam nec precario ab altero fuit, apud quem majore parte hujus anni fuit, quominus is eum ducat, vim fieri veto» (Gai. IV. 150. 160) Получается, если даже ребенок и «раб», то раб своего господина – Российской Федерации.

Получается, что собственник ваших детей – государство, хотя напрямую это нигде не говорится. Сегодня даже создана специальная служба – ювенальная юстиция, которая как раз и занимается контролем, изъятием и перераспределением детей как узуфруктов между его бывшими и новыми производными владельцами.

Статья 68 СК РФ. Защита родительских прав

2. Если судом установлено, что ни родители, ни лицо, у которого находится ребенок, не в состоянии обеспечить его надлежащее воспитание и развитие, суд передает ребенка на попечение органа опеки и попечительства.

В Римском праве это было невозможно, ибо дети принадлежали семье, а именно – paterfamilias. Кроме того, существовала всего два критерия, достаточных для владения ребенком:

Владение приобретается, когда оба элемента соединяются в одном лице «apiscimur possessionem animo et  corpore» — «мы получаем владение волей и телесным воздействием», fr. 3. 1. D. 41. 2;           Владение теряется, когда один из этих элементов исчезает (amittimur possessionem aut  animo aut  corpore «владение теряется либо утратой воли, либо физической связи с вещью») [Покровский И.А. История римского права]

Однако, даже проявление воли на владение ребенком animus possessionis с намерением относиться к ребенку как к своему animus domini, держание этого ребенка в своем доме possessio naturalis, наличием физического контакта corpus possessionis, ношением ребенка на руках corpore et tactu и его постоянное лицезрение в поле видения oculis et affectu, не дает родителю права владения ребенком. Весьма абсурдная ситуация. Ваш ребенок рядом с вами, он живет у вас дома, вы его кормите, воспитываете, но это – не ваш ребенок юридически. Просто вы «держите» его у себя дома (detentor), но не владеете (possessio). Все потому, что ребенка вы «держите на чужое имя» detentor alieno nomine и владеете им не от своего лица in possessione esse.

Родители не могут сами себя назначить владельцами своего ребенка. Для этого нужно правовое основание causa possessionis. Как говорили в Риме «никто не может изменить сам себе основания владения» nemo sibi causam possessionis mutare potest. Это значит, документ на право владения ребенком должен выдать либо суд, либо иной орган судебно-правовой или регистрационно-учетной системы. Родители даже в заявительной форме не могут получить права владения на своих детей.

Тем не менее, понимая теперь это ментально, по букве российского закона ребенок как будто ничей: ни родителям, ни государству не принадлежит. В Древнем Риме, например, рожденный в домовладении ребенок принадлежал paterfamilias - самому старшему мужчине в доме, прадеду или деду. Это весьма интересный юридический пробел в законодательстве, ведь именно по этой причине ребенка можно запросто изъять из семьи по ювенальной юстиции и передать в другую семью только потому, что прав собственности на него у родителей нет. Дом, землю, автомобиль изъять гораздо сложнее у граждан, чем ребенка. Это отдельная большая тема, которая показывает крайнюю опасность такого положения детей в России и в других странах мира.

Чем опасно такое положение, когда ребенок формально ничей? При разделе имущества между супругами, например автомобиля, который физически нельзя распилить пополам, он либо идет на торги, после чего вырученные деньги делятся между ними поровну, либо автомобиль остается у одного из супругов по обоюдному согласию, но этот супруг выплачивает второму ½ цены автомобиля и все справедливо.

Статья 38 СК РФ. Раздел общего имущества супругов

3. В случае спора раздел общего имущества супругов, а также определение долей супругов в этом имуществе производятся в судебном порядке.

При разделе общего имущества супругов суд по требованию супругов определяет, какое имущество подлежит передаче каждому из супругов. В случае, если одному из супругов передается имущество, стоимость которого превышает причитающуюся ему долю, другому супругу может быть присуждена соответствующая денежная или иная компенсация.

Если ребенок – это одна из формы семейного имущества и родители решили его поделить, то надо не просто смотреть суду на то, с кем ребенку лучше.

Как и в случае с автомобилем, суд же не решает, с кем из родителей автомобилю после развода будет лучше, где лучше гараж, у кого больше доход. Все гораздо проще. Либо делим пополам, если не делится – одна сторона дает компенсацию. Но только не в объеме ½ цены, а 100%, полную стоимость такого семейного актива, потому что ребенка в дальнейшем не продают, как автомобиль.

Статья 38. Раздел общего имущества супругов

1. Раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов, а также в случае заявления кредитором требования о разделе общего имущества супругов для обращения взыскания на долю одного из супругов в общем имуществе супругов.

Статья 254 ГК РФ. Раздел имущества, находящегося в совместной собственности, и выдел из него доли

1. Раздел общего имущества между участниками совместной собственности, а также выдел доли одного из них могут быть осуществлены после предварительного определения доли каждого из участников в праве на общее имущество.

2. При разделе общего имущества и выделе из него доли, если иное не предусмотрено законом или соглашением участников, их доли признаются равными

Статья 256 ГК РФ. Общая собственность супругов

1. Имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Однако, если ребенка признать все-таки «имуществом», то смысл статьи 38 СК РФ заиграет другими тонами и оставшийся без ребенка родитель имеет право на компенсацию по потере ребенка:

3. В случае спора раздел общего имущества супругов, а также определение долей супругов в этом имуществе производятся в судебном порядке.

При разделе общего имущества супругов суд по требованию супругов определяет, какое имущество подлежит передаче каждому из супругов. В случае, если одному из супругов передается имущество, стоимость которого превышает причитающуюся ему долю, другому супругу может быть присуждена соответствующая денежная или иная компенсация.

Кроме того, если ребенка, как «имущество», не разделить, то он будет являться и после развода «общей собственностью»:

Статья 38 СК РФ. Раздел общего имущества супругов

6. В случае раздела общего имущества супругов в период брака та часть общего имущества супругов, которая не была разделена, а также имущество, нажитое супругами в период брака в дальнейшем, составляют их совместную собственность.

Однако, родительского статуса «собственности» на ребенка нет, есть что-то «совместное» на детей (некие абстрактные права и очень конкретные обязанности), но не права владения ребенком в правовом и физическом смысле.

Родители по отношению к ребенку имеют много прав по отношению к несовершеннолетним детям (п. 1 ст. 56, ст. 63, п. 1 ст. 64, п. 1 ст. 65, п. 1 ст. 80, п. 3 ст. 129 СК РФ; ч. 1, 3 ст. 52 ГПК РФ; п. 1 ч. 6 ст. 26, ч. 3 ст. 30, ч. 1, 3, 4 ст. 44 Закона от 29.12.2012 N 273-ФЗ; ст. 21 Закона от 15.08.1996 N 114-ФЗ; ч. 2 ст. 13 Закона от 24.04.2008 N 48-ФЗ), однако ребенок как субъект правоотношений не создает главный объект права обладания над ним. Следовательно, родители заботятся о том, кто им не принадлежит и имеют ответственность по отношению к субъекту, который не является их собственностью. Тогда чьей собственностью является ребенок?

Если допустить, что все-таки собственность, или владение ребенком допускается, хотя бы ментально, то должна ли она быть обоюдной, может ли быть два владельца у ребенка?

При обоюдном владении ребенка у родителей обязательно возникнут горячие споры и череда судебных споров в отношении владения ребенком в будущем: один родитель будет доказывать, что ребенок больше его, чем другого родителя. Римляне в своё время решили эту проблему просто: ребенком владел более мудрый человек в роду – старший мужчина в роду, paterfamilias. Поэтому всех споров в будущем относительно детей в будущем удалось избежать сразу. Об этом мы поговорим в главе «Кому принадлежал ребенок в Древнем Риме?».

СЕМЬЯ – ЭТО МЕСТО ХРАНЕНИЯ ДЕТЕЙ?

Итак, родители не являются владельцами своих детей – им является государство. Из этого следует, что со стороны родителей мы имеем дело с владением чужой вещи - iura in re aliena, производным владением, но каким именно?

В Римском праве владение от чужого имени, или держание вещи на чужое имя, называлось detentor alieno nomine. Я не думаю, что мы имеем дело с признаками эмфитевтического и суперфициарного владельца, там все-таки речь идет о земельных участках. Но само понятие того, что мы имеем дело с владением ребенка, который кому-то принадлежит, уже не вызывает никаких сомнений.

Изучая данный вопрос в рамках Римского права, владение ребенком, с одной стороны, похоже на производное владение, с другой, в аналогии российского законодательства – на секвестрацию, хранение чужой вещи по ст. 926 ГК РФ:

Статья 926 ГК РФ. Хранение вещей, являющихся предметом спора (секвестр)

1. По договору о секвестре двое или несколько лиц, между которыми возник спор о праве на вещь, передают эту вещь третьему лицу, принимающему на себя обязанность по разрешении спора возвратить вещь тому лицу, которому она будет присуждена по решению суда либо по соглашению всех спорящих лиц (договорный секвестр).

2. Вещь, являющаяся предметом спора между двумя или несколькими лицами, может быть передана на хранение в порядке секвестра по решению суда (судебный секвестр).

Хранителем по судебному секвестру может быть как лицо, назначенное судом, так и лицо, определяемое по взаимному согласию спорящих сторон. В обоих случаях требуется согласие хранителя, если законом не установлено иное.

3. На хранение в порядке секвестра могут быть переданы как движимые, так и недвижимые вещи.

4. Хранитель, осуществляющий хранение вещи в порядке секвестра, имеет право на вознаграждение за счет спорящих сторон, если договором или решением суда, которым установлен секвестр, не предусмотрено иное.

Как мы уже выяснили, ребенок является незащищаемым владением detentio или in possessione esse. Не защищаемым – потому что государство может изъять ребенка из семьи, следовательно, владение (право на ребенка) не является абсолютным. И получается, что это владение ребенком осуществляется от чужого имени detentio alieno nomine. Что из этого следует? Что ребенок «хранится до востребования» в семье, до момента его совершеннолетия, когда закон делает его свободным (эмансипирует от власти родителей, об этом чуть позже), либо когда государство изымает ребенка для передачи его в детский дом со всеми вытекающими последствиями распоряжения этим ребенком как своим (animus domini) выражая на это полную владельческую волю (animus possessionis).

Чтобы понять логику того, что дети в семьях всего лишь отданы на хранение государством, давайте все же определимся, о каком хранении в Римском праве можно проводить аналогию с нахождением ребенка в современной российской семье. И вот на что это похоже.

1.       Первый вид хранения «до востребования» называется precarium, когда вещь передается прекаристу. Во времена законов XII таблиц в Риме собственник мог передать вещь на хранения, чтобы вернуть ее в определенное время т.н. манципату (лицу, имеющему на вещь право собственности, т.е. оригинарному владельцу) при наступлении определенных обстоятельств (pactum fiduciae). Запомним здесь важное слово – манципат. Хочется отметить, что данный вид хранения в Риме заключался между господином и бывшим рабом (вольноотпущенником), боссами и клиентами бизнеса. По исторической аналогии очень похоже на капиталистический строй, где есть хозяева жизни и батраки, которым власть имеющие диктуют свои правила жизни и условия игры, что весьма похоже на современную Россию;

2.       Третий вид хранения называется commodatum, это такой вид хранения, когда при выдаче ссуды (commodatum) одно лицо (commodans) дает другому лицу (С) некую вещь в безвозмездное использование. При этом commodatarius должен эту вещь вернуть в целости и сохранности. Современное государство действительно добивается того, чтобы родители вернули ребенка государству без ущерба, но кроме того, обязывает улучшать эту «вещь» (кромить, лечить, одевать, обувать, воспитывать, давать образование). Сommodatarius аналогичным образом нес ответственность в случае повреждения или гибели вещи и выплачивал убытки commodans с помощью иска actio commodati contratia;

3.       Третий вид хранения весьма похож на re contrahitur obligatio — обязательство, созданное вещью. Существовали т.н. «реальные контракты», договорные обязательства, при которых некая вещь была обеспечением сделки. Впоследствии появилось 4 вида таких контрактов, некоторые из которых применяются в обороте ГК РФ до сих пор: depositum, commodatum, mutuum и pignus.

КТО РЕШАЕТ, ТОТ И «ПАПА»?

Теперь важный момент. А с чего вдруг автор статьи, ваш покорный слуга, утверждает, что государство дало ребенка «на хранение»? Ну если речь идет об изъятии ребенка, когда государство демонстрирует виндикационный иск (активную легитимацию права владения на детей), это еще похоже на то, но ведь в 95% случаев дети находятся в семье. Я буду утверждать, что государство юридически лишает любого отношения ребенка к родителям уже по достижении ребенка 18-ти летнего возраста. Именно достижение этого возраста, по мнению нашего уважаемого государства, и считается временем прекращения всякой власти (на самом деле мнимой) и влияния родителей нас своим чадом. Это некая свобода от родителей, от их мнения и воли. Закон фактически прекращает подчинение (но не власть) родителей над детьми:

Статья 21 ГК РФ. Дееспособность гражданина

1. Способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста.

Это фактическая эмансипация от подчинения ребенка родителям. В Древнем Риме paterfamilias сам определял, когда ребенок становится «совершеннолетним» по аналогу Российского законодательства, именно он сам решал, в каком возрасте готов ребенок к самостоятельному принятию решений, умению жить в обществе, брать на себя ответственность и не по возрасту, а по внутренней, ментальной зрелости. Ну не могут все дети к 18 годам быть самостоятельными, всегда есть разброс в плюс и минус. Manus – это власть старшего мужчины в доме над всем, что есть в его обозрении oculis et affectu и то, чего он может касаться corpore et tactu. Он единственный, кто является «лицом своего права» personae sui juris – имеет право распоряжаться и своим имуществом, и людьми, которые его кровные и не кровные родственники, проживающие с ним в его домовладении.  Его внук, пусть даже достигший 18-ти летнего возраста, может вообще всю жизнь остаться «лицом чужого права» personae alieni juris, если по мнению деда, тот глуп, чтобы дать ему право распоряжаться имуществом, переданным дедом в управление – пекулием peculium (исключительное пользование).

Власть paterfamilias над детьми носила название patria potestas и освобождение от этой власти называлась Еmancipatio. Поэтому paterfamilias сам решал, готов ли в данном случае внук к взрослой жизни, может ли он жить самостоятельно, вдали от дома, сможет ли он заработать сам и так далее. Этот внук мог и не получить вообще emancipatio, если был слаб и глуп. В этом было большое благо – он не мог управлять деньгами, покупать и оформлять имущество на себя, потому что действовал как personae alieni juris.

Современным языком говоря, мажор никогда бы не потерял наследство, он не смог бы участвовать в финансовых пирамидах, хитрая жена не отсудила бы у него 50% наследства только потому, что он personae alieni juris и не может распоряжаться финансовыми средствами, а его зарплата перечислялась бы на карту деда или отца, если дед умер – в любом случае это бы был paterfamilias. Равно как и дочь не стала бы жертвой брачных аферистов по той же причине, оставаясь personae alieni juris. Понимаете, родителям виднее, когда их ребенок может получить статус personae sui juris и быть свободным от власти еmancipatio.

И вот логичный вопрос: кто может сделать человека personae sui juris? Только тот, кому он принадлежит, его владелец paterfamilias. Кто может дать статус правовой свободы personae sui juris? Только его владелец, paterfamilias, кто имеет над ним власть.

В России это законное право даровать детям personae sui juris и дать полную еmancipatio дает государство, всем детям в возрасте 18-ти лет. Кто по факту paterfamilias для детей? Государство. Кому принадлежать дети? Государство. Что такое государство? Российская Федерация. Что такое Российская Федерация – отдельная тема исследования. Что делает paterfamilias в лице РФ? Оставляет детей у их биологических родителей, не принимает никакого участия в жизни детей, в воспитании, не несет на себе бремя финансовых затрат по обеспечению своих (государственных) детей, но требует от родителей вернуть детей в 18 лет государству через emancipatio по п.1. ст.21 ГК РФ и требует от родителей безвозмездного ухода и обеспечения детей, принадлежащих государству, как это было в Древнем Риме на примере commodatum.

Очень похоже на кукушку, которая подкидывает своих птенцов в чужие гнезда, только добавьте к этому наличие органов контроля за тем, как этих птенцов будут растить родители. А если будут растить плохо, у них не будет хватать денег, то денег государство – кукушка не даст, оно передаст этих детей в другое гнездо.

Статья 77 СК РФ. Отобрание ребенка при непосредственной угрозе жизни ребенка или его здоровью

1. При непосредственной угрозе жизни ребенка или его здоровью орган опеки и попечительства вправе немедленно отобрать ребенка у родителей (одного из них) или у других лиц, на попечении которых он находится.

Немедленное отобрание ребенка производится органом опеки и попечительства на основании соответствующего акта органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации либо акта главы муниципального образования в случае, если законом субъекта Российской Федерации органы местного самоуправления наделены полномочиями по опеке и попечительству в соответствии с федеральными законами.

Последний аргумент в пользу того, что у родителей нет прав собственности на ребенка, находится в понимании давностного владения usucapio – цивильного способа получения прав собственности acquisitiones civiles. Вот о чем это говорит.

Допустим, муж и жена взяли в пользование землю, кроме сервитута (он в собственность никак не переходил, ибо являлся по сути не отчуждаемой землей).

Если эта пара sui juris дееспособными и постоянно sine interruptione владели движимым предметом 1 год, а недвижимым — 2 года, то они становились собственниками в эпоху XII таблиц, так как сочетали в данном случае телесное владение corpus possessionis и намерение владеть как своим animus possidendi.

В ius gentium (провинциальном эдикте) мы уже видим другой вид давностного владения longi temporis praescriptio, который позволял не только римским гражданам стать таким владельцам, но и перегринов (людям из провинции, не римлянам, чужестранцам, гастробайтерам) и сроки давности уже были 10 и 20 лет с той лишь разницей, в каких провинциях живут (inter praesentes, между присутствующим или inter absentee, между отсутствующими). Но это детали. Суть в том, что если бы право владения на детей нашим государством передавалась родителям даже по максимальному сроку давности, то было так:

1.       Если признать детей движимым имуществом, то будучи рожденными в русской семье, родители становились бы собственниками детей, которые, как мы уже понимаем, на самом деле принадлежат государству, уже через 1 год;

2.       Если признать детей движимым имуществом, то будучи рожденными в иностранной семье, проживающей на территории России, родители становились бы собственниками детей, которые, как мы уже понимаем, на самом деле принадлежат государству, на территории которого они рождены, уже через 10 лет.

Для этого в Древнем Риме арендатору земли (родителям на примере) нужно было открыть петиторный процесс - исковое производство, где арендатор (родитель в нашем случае) подавал бы виндикационный иск о признании собственности над детьми, а текущий собственник (государство) получал бы пассивную легитимизацию по виндикационному иску, а вот арендатор если проигрывал, то еще и платил штраф.

По аналогии с Римским правом, гражданский кодекс РФ гласит следующее:

Статья 234 ГК РФ. Приобретательная давность

1. Лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом, если иные срок и условия приобретения не предусмотрены настоящей статьей, в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.

2. До приобретения на имущество права собственности в силу приобретательной давности лицо, владеющее имуществом как своим собственным, имеет право на защиту своего владения против третьих лиц, не являющихся собственниками имущества, а также не имеющих прав на владение им в силу иного предусмотренного законом или договором основания.

Как мы видим, Российское законодательство на основании срока приобретательной давности, а именно – 15 лет, согласно Римскому праву, не считает жителей страны своими гражданами: мы для государства «перенгрины», пришлые люди без Родины. Однако, давностное владение не распространяется на детей, потому что дети – как сервитут, не подлежат отчуждению.

Вот вам и доказательство того, что родители не являются владельцами своих детей, а дети сданы российским государством (истинным владельцем) их биологическим родителям на хранение, во временное пользование. Очень похоже на то, что «россиянская» семья – это всего лишь временная камера хранения детей.

ЕСТЬ ЛИ ЦЕНА У РЕБЕНКА?

 Теперь о самом важном, о том, а сколько стоит ребенок, которого государство отдало на хранение семье? Ноль рублей? Миллион рублей? Почему такой вопрос появился? Зачем нам это знать?

1.       Вопрос очень актуален при разводе и раздела детей, с кем из родителей они останутся. Следовательно, один из родителей остается без ребенка или детей, если их несколько. Ребенок – это серьезная инвестиция для родителей, ресурсно-затратный проект если хотите. Это, как если бы вы делали бизнес, вложили туда 5 000 000 рублей, а бизнес вдруг стал принадлежать вашему партнеру, который возможно просто работал в компании, но денег не вложил, однако бизнес на законных (но странных) условиях перешел к нему.

2.       Вопрос важен при изъятии детей государством из семьи. Получается, мы делали бизнес, вкладывали время и деньги, но вот денег нет, а государство вместо помощи бизнесу, этот самый бизнес, к который родители вложили себя полностью морально и материально, забирает, причем за ноль рублей. Получается, ребенок стоит ноль? Даже дом, если не достроен, имеет свою цену, а ребенок – тем более. Но в нашем государстве это не так.

Положена ли компенсация тому, кто остался без ребенка? Если положена, то сколько?

При разделе между супругами автомобиля очевидно, что автомобиль стоит денег, его нужно было купить, в этой покупке принимали участие либо два человека, либо один. Но делят автомобиль поровну, потому что вот так написан закон. Автомобиль нужно просто оценить. Есть даже институт оценки и оценщики.

Статья 5 ФЗ №135. Объекты оценки

К объектам оценки относятся:

отдельные материальные объекты (вещи);

совокупность вещей, составляющих имущество лица, в том числе имущество определенного вида (движимое или недвижимое, в том числе предприятия);

право собственности и иные вещные права на имущество или отдельные вещи из состава имущества;

права требования, обязательства (долги);

работы, услуги, информация;

иные объекты гражданских прав, в отношении которых законодательством Российской Федерации установлена возможность их участия в гражданском обороте.

Сколько, простите меня за прямой вопрос, стоит ребенок? Почему закон не содержит статей об оценке детей, почему нет правового института оценки детей? Ведь дети, как один из видом семейного имущества, нажитого в браке, стоит по-разному.

Равно как и взрослый – с образованием и без, здоровый или больной, и т.д. Ну например, давайте порассуждаем про киднеппинг. Владелец банка готов заплатить выкуп за свое ребенка в несколько миллионов евро, а вот рабочий фабрики – всего 50 000 рублей, которые он ещё и с большим трудом займет.

Значит, цена ребенка зависит от того, сколько за него могут заплатить? Получается, цена ребенка зависит от уровня жизни семьи, от её доходов? Ну а если сравнить в этом случает ребенка с недвижимостью, то тогда есть премиум класс, бизнес класс, эконом класс.

Выходит так, что цена ребенка разная еще и потому, сколько в него вложили. Как это понять? Наличием нянь, гувернанток, водителя для семьи, уровнем частных клиник и т.д. Либо жутким «экономом». Некоторые статисты считают, что ребенок стоит по финансовым и трудозатратам не менее 100 000 рублей в месяц.

Давайте сразу оговоримся, что всех детей любят родители одинаково, не в зависимости от того, какая это семья, богатая или не очень. Но мы сейчас не про любовь. Мы сейчас про деньги.

И вот, например, один из родителей забрал ребенка, а второй остался без ребенка. И пока суда еще не было. И общество с этим свыклось, что один родитель (чаще женщина) забирает ребенка у мужа, и в этом ничего странного или противозаконного нет. Просто такая вот бытовая ситуация. Это ни кража (ст. 158 УК РФ), ни грабеж (ст.161 УК РФ) и даже не самоуправство (ст. 330 УК РФ). Причем ни один из родителей не является paterfamilias по отношению к ребенку, у каждого из родителей равные права и тем не менее никакого преследования со стороны УК РФ и никакой защиты этих родительских прав (в Римском праве таковыми являлись т.н. «интердикты») от другого родителя со стороны ГК РФ просто не существует. Один из родителей просто забирает «общего» ребенка (который на самом деле принадлежит государству и тому все равно, кто из родителей будет за ребенком ухаживать и растить его) и поступает с ним по-своему усмотрению, безответственно и безнаказанно, не заплатив другому родителю ни копейки за лишение самой ценной части имущества.

Следующая сторона вопроса – про оценку труда родителя, который не деньгами вкладывал в ребенка свой труд в уход за ним и его воспитание и заботу о нём.

Как оценить труд матери, которая его родила и вырастила, но вот у неё пока нет работы и поэтому при разводе суд ей говорит, мол она не способна за ним ухаживать и с отцом ребенку будет лучше. Возможно, и так, но почему труд матери не оценивается никаким образом и суд не предъявляет отцу ребенка материальную компенсацию за вклад матери в воспитание ребенка? Возможно, он много работал, действительно все оплачивал, но 24/7 его жена была с ребенком и ухаживала за ним, получается мать ребенка – бесплатный инкубатор? Да, у этой женщины нет условий для содержания ребенка, но отдав ребенку 3-5 лет жизни, не занимаясь собой, своим образованием, карьерой, здоровьем она фактически остается и без ребенка, и без средств к существованию.

Как оценить труд отца ребенка, который обо всем заботился, содержал не работающую жену, а при разводе суд ему говорит, что ребенку будет лучше с матерью по какой-либо причине? Если семья жила в квартире родителей жены, у мужчины своего жилья нет, но он 5 лет все свои деньги тратил на семью и вдруг суд посчитал, что ребенку будет лучше с матерью, отец вышвыривается на улицу. Тоже не справедливо, а справедливость – это основа всего права и получается, право нарушено?

Другими словами, почему объект «имущества» в семье - ребенок, давайте назовем ребенка не вещью (res), а «семейным капиталом» или «важной частью семейного капитала», до сих пор в цивилистической практике и правовой среде не оценен в денежном эквиваленте? У всего есть цена, оценка, альтернативная стоимость, а вот у ребенка нет стоимости как актива? Верен ли такой безоценочный нефинансовый подход по отношению к ребенку и к его родителям?

Я говорю не о том, морально или аморально оценивать в денежном эквиваленте жизнь в целом и самого ребенка в частности, а о том, что речь идет о правовой и финансовой оценке важного семейного актива, забирая или изымая который один родитель ставит в ущербное материальное положение другого родителя, даже если Фемида пока так на проблему еще не смотрит.

Точнее, не смотрела на эту проблему Фемида точно так же, как и 80 лет не смотрела на проблему частной собственности на землю (17 глава ГК РФ о вещном праве была заморожена на 16 лет до 2001 года. Земельный кодекс РФ опубликован в 2002 году не был связан с 17 главой).

Прежде чем мы перейдем к способам оценки ребенка, посмотрим на существование права владения на детей в Римском праве.

КОМУ ПРИНАДЛЕЖАЛ РЕБЕНОК В ДРЕВНЕМ РИМЕ?

Глава семьи, или семейного клана, считался "лицом своего права" - personae sui juris, человеком, способным приобретать и распоряжаться имуществом в роду как для своих нужд (и это самое важное), так и для пользы всего рода (домовладения). Лицом своего права мог считаться paterfamilias - человек семейно-самостоятельный, ни от кого не зависимый, например самый старший мужчина в роду, над которым не было более старшего представителя семьи. Другими словами, пока у вас есть и жив дед, то именно он и только он мог считаться paterfamilias и наделялся personae sui juris.

Получается внук, имеющий семью при живом дедушке, не мог оформить на себя землю, скот, недвижимость, рабов и т.п. – все это оформлялось на paterfamilias. Такой вот номинальный, если хотите, или оригинарный владелец. Такой внук в нашем примере, равно как его жена и дети, являлись лицами "чужого права", personae alieni juris, фактически "живущие по доверенности", как в фильме Эльдара Рязанова "Берегись автомобиля" говорил Сокол-Кружин (А.Папанов) своему зятю Диме Семицветову (А. Миронов). Нужно так же отметить, что кровные члены семьи (cognatio) и не кровные (agnatio) имели одинаковые юридические права с рабами к имуществу.

Жены, дети в семье считались или находились на "положении дочери" filiae loco, живущие для и за счет домовладыки и все, что они приобретают, становится собственностью paterfamilias. Это приобретенное дается от paterfamilias к членам семьи во временное пользование peculium. Со временем, оставаясь personae alieni juris, члены семьи получили право, personae sui juris - приобретать вещи (res) для себя, однако нас интересуют правоотношения родителей и детей.

И вот теперь переходим к детям. Глава рода paterfamilias имел неограниченную власть не только над своими детьми, но и над своими внуками и правнуками.

Дети, как земля, как скот, как недвижимость, как члены клана, являлись фактически собственностью paterfamilias. Это, возможно, звучит грубо, но юридическим языком говоря, показывает структуру семейного права в Древнем Риме. Paterfamilias мог заложить ребенка (своего сына, внука, правнука, равно как и их отец), при наличии долгов с последующим выкупом. Кажется дикостью, однако это не означало унижения или издевавельства, просто ребенок был, так сказать, временным работником у кредитора как инструмент погашения долга, статуса раба у него не было. Это говорит о том, что ребенок, принадлежащий paterfamilias, являлся частью имущественного комплекса res, частью домовладения в целом.

Если раб, имеющий одинаковое юридическое положение со всеми членами агнотивного (не по крови) родства к имуществу домовладения, к примеру, украл другую часть имущества, допустим овцу, считался вором и подвергался суду, потому что сам он был частью этого имущества (своим побегом он наносил убыток) и то, что он украл, имело тоже свою рыночную цену.

Теперь переходим к главной мысли. Представьте себе, что вот такой раб, укравший овцу, не только не наказывался бы судом, но еще бы получал овечку навсегда и получал материальное содержание на себя и на овечку? Мало того, что он похитил овцу и должен возместить эти убытки, напротив, paterfamilias оплачивает расходы на жизнь этого раба и пропитание овечки. Любой здравомыслящий человек скажет, что ничего глупее он не слышал, а в Риме, как мне кажется, за такие рассуждения, такого философа выслали бы за реку Тибр и умалили бы (сделали ничтожными) все его три правоспособности (status libertatis, status civitatis и status familiae).

СКОЛЬКО ЖЕ СТОИТ РЕБЕНОК?

Но, к сожалению, глупее, чем история про раба и овечку, смогли придумать авторы Семейного кодекса РФ от 29.12.1995 N 223-ФЗ. Я, конечно, понимаю, что за мою точку зрения цивилисты камнями меня не побьют, и за Тибр не отправят, однако надеюсь, что кроме критиков найдутся и те, кто увидит в этой идее больше здравого смысла, чем кажется на первый взгляд.

В чем же здесь правовая аллегория? Возьмем типичную историю. Девушка Алёна из провинции приехала в Москву, вышла замуж за состоятельного человека Алексея, родила ребенка, три года не работала, мужчина обеспечивал жену и ребенка. Вдруг она поняла, что не больше не любит Алексея и забирает ребенка, уезжает к маме в Киров, подает в суд на алименты и содержание себя, суд выигрывает, Алексей без любимого ребенка, без семьи и с обязанностью содержать бывшую жену, и платить алименты. Алена после развода живет на 200 000 в месяц алиментов (у Алексея высокий официальный доход). У Алёны, кроме этого, есть еще ребенок от брака с Алексеем, как актив, стоимостью не менее 2 млн. рублей (уже пришло время дать материальную приблизительную оценку актива, а почему именно 2 млн. руб., почему это нижняя цена такого актива, как ребенок – об этом немного позднее). Алена тоже хочет любить и быть любимой, она снимает квартиру, к ней возвращается её бывший любовник по институту - Никита и они прекрасно живут на 200 000 рублей.

Давайте разбираться. В Риме такой сценарий был бы невозможен, ибо и Алёна, и их сын Витя, и сам Алексей, являются частью родового имущества, или более мягко сказать – семейным активом, или родовым капиталом деда Алексея – Петра (именно он является paterfamilias), которому хоть и уже 95 лет, но даже в этом возрасте дед Петр понимает, что утащить из родового капитала правнука, как один из главнейших активов рода – наследника, дедуля никому не позволит. Да и для развода Алёны с его внуком Алексеем повода у неё нет: развод по обоюдному согласию (divortium communi consensu) был разрешен только в классической эпохе, а вот в Древнем Риме такой развод был запрещен еще Юстинианом, а односторонний развод  (divortium bona gratia) мог быть получен, если только Алексей нарушил бы верность, покушался бы на жизнь Алены или совершил иное преступление по отношению к ней, стал бы импотентом или бы ушел в монастырь (такой вид развода divorium sine damno даже не имел бы негативных последствий в виде изъятия приданного, высылки из Рима за реку Тибр). В Древнем Риме правнук для Петра считался частью родового капитала, уверен, у него была своя стоимость, которую уплачивал, например, другой гражданин Рима, если случайно сбил бы ребенка, проезжая на колеснице по улочкам столицы в неположенном месте. Как говорится, у всего есть цена: и у раба, и у свободного человека.

Поэтому мне совершенно не понятно, почему лишение Алексея ребенка никаким образом:

1. Не оценивается ни государством, ни оценочной компанией (как ущерб);

2. Не возмещается государством или второй стороной (как потеря).

Мы, живущие в 21 веке, прекрасно понимаем, что ребенок для Алёны и Алексея в первую очередь любимое дитя, чья жизнь, с одной стороны, бесценна. Однако приведем две аналогии права, когда жизнь человека, в том числе и ребенка, имеет конкретную ценность. Как говорил Царь Соломон в своей грустной книге Екклесиаст (или "Проповедник", а еще её называют книгой "отступника") - "за все отвечает серебро" (Еккл.10:19), следовательно, у всего есть своя цена, даже у праведности.

Сейчас мы должны постараться установить, какой же материальный ущерб наносит Алена родовому капиталу Алексея, забирая ребенка без разрешения отца или по примеру Римской Империи без разрешения деда Петра (paterfamilias).

Так как в законе напрямую нигде не сказано о том, что жизнь гражданина РФ хоть сколько-нибудь да стоит, что весьма странно, тем не менее мы как юристы можем воспользоваться понятием аналогии права.

Ст. 1 ГПК РФ Законодательство о гражданском судопроизводстве

4. В случае отсутствия нормы процессуального права, регулирующей отношения, возникшие в ходе гражданского судопроизводства, федеральные суды общей юрисдикции и мировые судьи (далее также - суд) применяют норму, регулирующую сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии такой нормы действуют исходя из принципов осуществления правосудия в Российской Федерации (аналогия права).

Статья 6. ГК РФ Применение гражданского законодательства по аналогии

1. В случаях, когда предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 2 настоящего Кодекса отношения прямо не урегулированы законодательством или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычай, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, применяется гражданское законодательство, регулирующее сходные отношения (аналогия закона).

Так же можно применять и иные нормы аналогии права:

 «Другим способом восполнения пробелов в праве является аналогия права (п. 2 ст. 6 ГК РФ, ст. 5 СК РФ, ч. 2 ст. 7 ЖК РФ, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ, ч. 5 ст. 3 АПК РФ, ч. 4 ст. 2 КАС РФ). В отличие от аналогии закона, при применении аналогии права необходимо обращаться не к конкретным нормам закона, а руководствоваться началами и смыслом законодательства.

Поскольку применение аналогии права связано с большей неопределенностью, в законодательстве последовательно устанавливается приоритет аналогии закона перед аналогией права: аналогия права применяется только при невозможности использования аналогии закона (п. 2 ст. 6 ГК РФ, ст. 5 СК РФ, ч. 2 ст. 7 ЖК РФ, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ, ч. 5 ст. 3 АПК РФ, ч. 4 ст. 2 КАС РФ)». [Статья: Аналогия закона (Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2022)]

Итак, чтобы оценить, хотя бы примерно, сколько стоит семейный актив в виде ребенка, хотя таковой оценки в законе нет, по аналогии права посмотрим, во сколько вообще оценивают жизнь человека, пусть даже совсем юного и маленького.

Предположим, гражданин РФ погиб при авиаперелете. Сколько выплатит авиакомпания родственникам погибшего гражданина? Сколько, по мнению государства, стоит жизнь человека в таком случае?

Ст. 117 Воздушного кодекса РФ. Ответственность перевозчика за причинение вреда жизни или здоровью пассажира воздушного судна

1.2. Перевозчик обязан обеспечить выплату компенсации в счет возмещения вреда, причиненного при воздушной перевозке здоровью пассажира воздушного судна, в сумме, определяемой исходя из характера и степени тяжести повреждения здоровья в соответствии с нормативами, установленными Правительством Российской Федерации. Размер указанной компенсации не может превышать два миллиона рублей.

Итак, стоимость жизни человека, по оценке данного закона, составляет 2 млн. рублей.

А много это или мало? Я решил озадачиться данным вопросом и нашел весьма интересный материал здесь: https://www.advgazeta.ru/mneniya/stoimost-zhizni-aviapassazhira/

Как оказалось, в современном мире, и даже где чаще всего нет нефти, существует целая система оценки жизни человека – «Стоимость среднестатистической жизни» (ССЖ, Value of statistical life, VSL).

А самая большая выплата за жизнь погибшего человека в авиакатастрофе в размере $5.100.000 была в США (экономика которой должна вот-вот рухнуть) в 2003 году компанией American Airlines, 587 (катастрофа A300 в Нью-Йорке).

Рекордная выплата в России (где самым сильным брендом в мире является только «Сбер») за жизнь человека была выплачена в 2010 году «Аэрофлот-Норд», SU821, катастрофа Boeing 737 в Перми и составила 16 300 000 рублей. Самая низкая выплата в России – 343 620 рублей была зафиксирована в России в 2006 году авиаперевозчиком «Сибирь», (крушение борта SBI778).

Самой низкой оценкой стоимости человеческой жизни в мире с суммой $75 000 является в этом плане только Египет(2016 год, EgyptAir, MS804. Катастрофа Airbus A320 над Средиземным морем).

Таким образом размер выплат в развитых странах за жизнь человека в 30-60 раз выше, чем в России. Тем не менее, хоть об этом говорить и весьма неприятно, у каждой жизни есть цена. У россиянина одна, у египтянина другая, у американца – третья. Но никогда эта цена не бывает нулевой, и следовательно, потеря ребенка при разводе одним родителем в пользу другого никаким образом не может быть нулевой.

Чтобы совсем уже закрепить понятие стоимости ребенка по аналогии права, попробуем оценить жизнь человека в целом.

Как оценивает жизнь гражданина, равно как и потерю гражданина, Федеральный закон от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ?

Статья 5. страховые суммы, выплачиваемые выгодоприобретателям. страховая сумма, применяемая для расчета страховой премии

Пункт 2. Страховые суммы выплачиваются при наступлении страховых случаев в следующих размерах:

в случае гибели (смерти) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы или военных сборов либо до истечения одного года после увольнения с военной службы, со службы, после отчисления с военных сборов или окончания военных сборов вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период прохождения военной службы, службы или военных сборов, - 2 000 000 рублей выгодоприобретателям в равных долях;

Как и в Ст. 117 Воздушного кодекса РФ, так и в N 52-ФЗ, жизнь человека оценивается в 2 миллиона рублей. Однако,  АО «СОГАЗ» в 2022 году подняло стоимость выплат до  2 752 451,64 рублей, а Президент РФ В.В. Путин заявил, что «Семьи военнослужащих, погибших в операции на Украине, получат 7 миллионов 421 тысячу рублей (https://59.ru/text/politics/2022/03/03/70486118/)

Такой разбег оценки стоимости жизни гражданина РФ и оценки компенсации его потери родственниками говорит в пользу того, что стоимость жизни не может быть однозначна, что потеря всегда имеет материальную оценку и она может варьироваться только в большую сторону.

Следуя принципу аналогии права, хочется перенести этот вывод на наш пример про Алёну и Алексея. Алёна ушла и забрала ребенка. Алексей потерял ребенка. Потеря ребенка имеет свою цену для Алексея, ибо ребенок уже не с Алексеем. Теперь семейным активом в виде ребенка, стоимостью от 2 до 7,4 млн. рублей владеет Алёна. Что имеет Алексей? Ноль. Именно в ноль оценены, например, 3 года жизни Алексея, которые он занимал деньги, работал на двух работах, разгружал вагоны в свободное время, чтобы Алёна забрала ребенка и ушла к другому мужчине и тянула еще и алименты.

У Алексея минус три года жизни, минус все потраченные им на семью денежные средства, он еще должен содержать ребенка, который больше не с ним, и, возможно, саму женщину, которая больше не его жена. Здесь два момента – должен содержать семейный актив и причем актив, которым Алексей не владеет - ребенка (для тех, кто пропустил главу про Римское право или прочел не внимательно предлагаю вернуться туда еще раз и разобраться в этом основательно).

Статья 89. СК РФ. Обязанности супругов по взаимному содержанию

1. Супруги обязаны материально поддерживать друг друга.

2. В случае отказа от такой поддержки и отсутствия соглашения между супругами об уплате алиментов право требовать предоставления алиментов в судебном порядке от другого супруга, обладающего необходимыми для этого средствами, имеют:

нетрудоспособный нуждающийся супруг;

жена в период беременности и в течение трех лет со дня рождения общего ребенка

Статья 90. Право бывшего супруга на получение алиментов после расторжения брака

1. Право требовать предоставления алиментов в судебном порядке от бывшего супруга, обладающего необходимыми для этого средствами, имеют:

бывшая жена в период беременности и в течение трех лет со дня рождения общего ребенка;

нетрудоспособный нуждающийся бывший супруг, ставший нетрудоспособным до расторжения брака или в течение года с момента расторжения брака.

ЛЮБОВАТЬСЯ АКТИВОМ НА РАССТОЯНИИ?

Законодательство в унисон со всеми разведенными женщинами, отобравшими детей у мужчин, предлагают мужчине следующий вариант поведения по отношению к ребенку:

1.      Любить ребенка;

2.      Заботиться о ребенке;

3.      Проводить с ним время;

4.      Оплачивать расходы ребенка;

5.      Оплачивать расходы бывшей жены.

При этом женщины забывают две вещи:

1.      Мужчина и в браке с ними приходил как добытчик после 20-22 часов домой и у него фактически в день было минут 30 на общение с ребенком между ванной и кухней.

2.      Мужчина никогда не будет любить ребенка чужой женщины. После развода женщины ныряет в постель к другому мужчине и пока она там, мужчина не будет встречаться ребенком, это унижает его достоинство, так устроены инстинкты мужчин.

3.      Мужчина не будет заботится о том, что ему не принадлежит. Часто женщина после развода говорит «мы с ребенком», имея ввиду себя и ребенка, это уже вербальная демонстрация принадлежности ребенка только матери. Кроме того, «своим» подсознательно мужчина считает только то, чего он касается corpore et tactu и что он постоянно видит oculis et affectu. Так можно любоваться горами и морем, но платить за это созерцание абсурдно.

«Сергей, что Вы так сгущаете краски, ведь Алексей может навещать своего ребенка и это право дает ему суд!» - кричат юристы и разведенные женщины с детьми, получающие большие финансовые бонусы от бывших мужей. А если бы женщины не получали при разводе алименты на себя, на детей и не было бы раздела имущества, то они уходили бы от мужей? Или быть может иначе выбирали бы мужей изначально? И если бы они выплачивали компенсацию за отобрание ребенка у своего мужа? Как бы все оно было, если бы жили в эпоху Римского права? Но это немного другая, но не менее важная дискуссия, вернемся же снова в тему оценки ребенка.

Статья 66 СК РФ. Осуществление родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка

1. Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет права на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования.

Родитель, с которым проживает ребенок, не должен препятствовать общению ребенка с другим родителем, если такое общение не причиняет вред физическому и психическому здоровью ребенка, его нравственному развитию.

2. Родители вправе заключить в письменной форме соглашение о порядке осуществления родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка.

Ну а бывшая жена при заходе за ребенком еще матом покроет, во всем обвинит и упрекнет, чего мол приперся, скотина, ходят тут всякие, житья от вас нет, мол раньше надо было думать и любить. Это, как правило, так и происходит.

А вы представьте на минуту, милые дамы что в этом сценарии у вас, у женщины забрали ребенка, оставили без средств, и вы ходите к своему дитя на свидания по решению суда в определенные часы. А самое интересное, что каждый день вашему ребенку промывают мозги так, что ребенок вас все больше ненавидит, как, например, русских ненавидят дети на (в) Украине с 1 класса, которым даже дают автоматы на уроках НВП и где они стреляют по чучелам в форме советско-российских солдат. К годам так к 16 ребенок будет точно ненавидеть второго родителя и никакие психологи, психотерапевты и расстановки по Хеллингеру уже не помогут. Будет ли хотеть Алексей и дальше встречаться с ребенком? А вы в таком случае? Думаю, что энтузиазма хватит не на долго.

НЕОАНАЛОГИЯ ПРАВА

Как-то я водной статье предложил читателям представить, что для решения какого то кейса можно представить, что какой то части кодексов не существует, или существует только Римское право и как тогда будет развиваться судебный процесс?

Предположим, исчезает все право, кроме семейного и все вопросы будем решать как бы по аналогии.

Давайте придумаем пример. У женщины, назовем её Людмилой был свой дом, который она строила 3 года. Пришли люди, «отжали» дом. Назовем это рейдерским захватом. Что интересно, придя в суд, который самый гуманный в мире, она с ужасом узнала, что судить будут не в разрезе статей УК РФ, таких как подделка документов, злоупотребление полномочиями, грабеж, разбой, причинение имущественного ущерба путем обмана и злоупотреблению доверием, а по аналогии права, а именно – по Семейному кодексу РФ. Трудно представить? Я помогу.

Пришел судья на ваше дело, а вот из головы, как назло, все выпало, забылось. Помнит только, как учил как раз только Семейное право в своем пентхаусе на Черном море, видимо это было в Сочи, и больше никакие кодексы так и не выучил. И вот как-то так пробел в знаниях ГК, ГПК сей судья сейчас и восстановит данным «неоаналогичным» образом.

Суд устанавливает факт, что дом истец строила с неким мужчиной Русланом, он на стройку не ходил, пусть деньги не давал, но участвовал в возведении дома тем, что ждал истицу дома, готовил, прибирался, вдохновлял, делал фото дома и выкладывал фотки в разных запрещенных ныне соцсетях. Вроде бы, основываясь на СК РФ, права на «дом» одинаковые у обоих сторон процесса:

Статья 61 СК РФ. Равенство прав и обязанностей родителей

1.      Родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права).

Статья 24 СК РФ. Вопросы, разрешаемые судом при вынесении решения о расторжении брака

1.      При расторжении брака в судебном порядке супруги могут представить на рассмотрение суда соглашение о том, с кем из них будут проживать несовершеннолетние дети, о порядке выплаты средств на содержание детей и (или) нетрудоспособного нуждающегося супруга, о размерах этих средств либо о разделе общего имущества супругов.

Вот данный судья и назвал Руслана и Людмилу не сторонами, а родителями. Ничего удивительного, раз имущественный спор решаем по СК РФ.

Дом Руслану также дорог и близок, как и Людмиле, вот свидетельские показания в его пользу на эту тему (есть фото в обнимку с домом), что он несколько коммунальных квитанций на сумму 30 000 рублей оплатил.

Суд принимает решение по аналогии СК права (п. 2 ст. 6 ГК РФ, ст. 5 СК РФ, ч. 2 ст. 7 ЖК РФ, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ, ч. 5 ст. 3 АПК РФ, ч. 4 ст. 2 КАС РФ), что «дому будет лучше» с Русланом.

Итак, что имеет Людмила:

1.      Осталась без дома;

2.      Содержит дом еще 15 лет;

3.      Может видеть дом и сидеть у дома раз – два в неделю по решению суда и приставов;

4.      Должна содержать Руслана, у него нет работы.

А у вас, гражданочка, говорит сочинский судья, своего жилья пока нет, живете на съемном жилье, поэтому дом достраивать будет ваш бывший партнер по стройке, у него семейные условия лучше, работа есть, дому этому будет лучше с Русланом.

Но это еще не всё. Дом этот будете содержать вы, прекрасная девушка, по аналогии ст. 90 СК РФ, будете содержать мужчину, потому что он занят домом, как «нуждающийся мужчина», можете конечно видеться с домом в определенные дни и часы по аналогии ст. 66 СК РФ. Для удобства понимания замените все слова «ребенок» на слово «дом».

Вот примерно так бессмысленно и одновременно катастрофически выглядит судебный процесс для родителя, который потерял право жить со своим ребенком, потерял время, деньги и веру в справедливость, а единственное место, где теряют или обретают веру в справедливость – это суд.

Почему я привел такой пример, когда стороны делят имущество по Семейному кодексу? Чтобы этот пример показался не логичным, ведь он именно таким при разделе ребенка и является. Попробуйте рассмотреть кейс раздела ребенка между супругами не по Семейному кодексу РФ, а по Гражданскому кодексу, например, ст. 254 ГК РФ (Раздел имущества, находящегося в совместной собственности, и выдел из него доли), ст. 66.2 ГК РФ (Основные положения об уставном капитале хозяйственного общества) и т.д. Будет очевидным, что бесплатно долю при разделе не получить, равно как и за получение ребенка при разводе тот родитель, у которого остается ребенок, должен выплатить компенсацию другому родителю, который остался без семейного актива.

Я твёрдо уверен, что все институты права, все кодексы должны быть сформулированы таким образом, чтобы одну и ту же проблему, один кейс, можно было бы решить в разных кодексах, но при этом судебное решение было бы одинаковым.

Вот пример. Музыкант достал ноты, Моцарт – «Фантазия для фортепиано ре минор». «Ре-минор» - это тональность такая высота звучания нот определенного музыкального ряда, если хотите – определённые правила последовательность воспроизведения нот. Отрывает пианист крышку рояля, а вот части клавиш у инструмента нет. Что делать? Играть произведение в другой, например, в более высокой тональности, при которой гармония звучания сохранится, последовательность нот просто другая будет, пианист просто использует другие клавиши и сохранит красоту звучания музыкального произведения, при этом все слушатели концерта получат удовольствие, так как произведение сохранится. Тоже самое я и предлагаю сделать в цивилистике – выстроить «звучание» кодексов таким образом, чтобы, открывая кейс (ноты) в любом из кодексов или законов (разных тональностях), смысл защиты права и установление справедливости не изменился. Иначе получается коллизия: при вопросах раздела и оценки имущества действуют одни нормы права, при разделе супругами ребенка – другие. Попытки рассмотреть иначе данный вопрос, не в рамках СК РФ, становится не логичным, теряет гармонию, смысл и само правовое «звучание».

Как должно быть? Раздел ребенка между супругами должен абсолютно гармонировать с разделом любого общего имущества. Уже сразу понятно, что в СК РФ нет понятия оценки стоимости ребенка, выплаты родителем компенсации за то, что ребенок остался с ним. В нашем государстве нет правил выплаты компенсации государством родителю за изъятие ребенка, а всё потому, что не только нет оценки ребёнка как такового, но нет прав собственности на ребенка в целом. Государство изъяло ребенка, который никому не принадлежит, отдало его в детский дом. Кому ребенок принадлежит – государству, или детскому дому? Опять никому, потому что никто не хочет за владение ребенком брать ответственность. Отдали этого ребенка в новую семью, безвозмездно? Почему? А кто теперь собственник ребенка – новая семья, государство? Ведь прав на ребенка первых родителей лишили. Получается государство просто оператор в процессе передачи своих детей без материальной ответственности? Далее, а ребенок что получает на свой счет, когда вот его передают из одной семьи в другую, какую он компенсация получает, допустим к 18 годам? А было бы не плохо, если бы 50% полученных средств оседало именно на счете ребенка.

Допустим, государство изъяло ребенка в 5 лет, а вот Министерство обороны имеет право за 2 млн рублей «приобрести» ребенка и направить его в Суворовское или иное военное училище, причем 1 млн рублей депонируется на счете ребенка. Все сразу встает на свои места, когда у ребенка появляется стоимость, когда бесплатно изъять и передать ребенка невозможно. И общество получит к 18 годам не беспризорника и бомжа, а воспитанного и образованного, состоятельного гражданина, который даже квартиру в регионе может купить. Ну а если потом бывший детдомовец, но собственность государства, идет на войну и погибает, то страховая компания выплачивает уже государству 2 млн. рублей за потерю «государственного ребенка». А пока деньги на детях зарабатывают все, кроме государства и его родителей: существует масса посредников на рынке усыновления детей, которые точно знают сколько стоит ребенок. Идет самая настоящая продажа детей мимо казны государства. Получается, родители создали актив, но на нём заработали все, от чиновников до спекулянтов, кроме родителей и самих детей. Картина жуткая и крайне несправедливая. Причина – отсутствие гармонии в звучании норма права и законодательства РФ.

ВЫВОДЫ

Мы пришли к очень интересным и практическим выводам, а именно:

1.      Дети не принадлежат своим родителям;

2.      Дети – это собственность государства;

3.      Государство может найти повод для изъятия своего ребенка из любой семьи с дальнейшей передачей ребенка в другую, по его мнению, более подходящую семью;

4.      Родители имеют только обязанности переде государством в отношении ухода и воспитания детей;

5.      Родители за свой счет обеспечивают рост, развитие и воспитание ребенка, государство выделяет на это смешные суммы, не достаточные для этого процесса, но спрашивает с родителей за это так, как с подчиненных.

6.      Дети не имеют цены, поэтому родителям не положены компенсации при изъятии ребенка или разделе детей;

7.      Государство эмансипирует ребенка от власти родителей ребенка в 18 лет, не учитывая его психико-физические особенности.

8.      Женщина до сих пор может выйти замуж за состоятельного человека, получить в браке все бонусы и дивиденды, родить ребенка, развестись, и к годам к 30 уж иметь ребенка 7 лет, недвижимость в столице, авто, солидный счет в банке, а брошенный муж останется не только без огромного целого состояния, но и без ребенка – главного семейного актива, и этому мужчине нужно снова начинать жизнь с нуля, но только уже в 50 лет, когда спрос на него уже не тот, ибо уже и половину активов, и половину здоровья, и лет жизни безвозвратно потеряны.

В связи с этим считаю уместным:

1.      Ввести права собственности на ребенка между его когнативными родственниками по мужской линии и родителями биологического отца ребенка (дедушка, прадедушка);

2.      Ввести право принятия решения и согласия по разделу детей между супругами при разводе только его когнативными родственниками по мужской линии и родителями биологического отца ребенка (дедушка, прадедушка);

3.      Передать право решения возраста эмансипации (совершеннолетия ребенка) от государства его биологическому отцу и дедушке;

4.      Ввести понятие стоимости ребенка при жизни;

5.      При изъятии ребенка государством семье должна быть положена компенсация, не менее 2 млн. рублей;

6.      При разделе детей ввести обязательную выплату компенсации для одной стороны за оставление без ребенка не менее 2 млн. рублей;

7.      Поднять уровень детских пособий от государства до 1 МРОТ и уравнять выплаты таких пособий между когнативными и приёмными семьями;

8.      Оставить институт выплаты алиментов только для тех родителей, которые отказались от своих детей

9.      Отменить раздел имущества по ст. 38 СК РФ, если он не указан в брачном договоре.

10.  Разделу подлежат только те активы, которые называются «приданным» по аналогу с Римским правом. Именно свое приданное может вернуть женщина при разводе. С чем пришла – с тем и уходит. Равно как и мужчина.

Какие вопросы появились:

1.      Может ли государство поднять рождаемость, выкупая детей у родителей?

2.      Как может государство применить выкупленных детей (армия, наука, искусство)?

3.      Принесет ли это толчок для развития экономики страны?

4.      Будут ли лучше жить семьи?

5.      Как это скажется на отношениях с детьми? Вернется ли уважение к старшим?

6.      Сколько могло приобрести государство детей в сутки у россиян, если бы не СВО? (делим 1 млрд на 2 млн = 500 детей * 365 = 182500 человек).

ЭПИЛОГ

Статья 61 СК РФ. Равенство прав и обязанностей родителей

1. Родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права).

2. Родительские права, предусмотренные настоящей главой, прекращаются по достижении детьми возраста восемнадцати лет (совершеннолетия), а также при вступлении несовершеннолетних детей в брак и в других установленных законом случаях приобретения детьми полной дееспособности до достижения ими совершеннолетия.

Ни слова о праве собственности и владения родителями над детьми, никаких прав владения. Законодатель смешал понятие права и обязанности в одно целое, лишив родителей власти над детьми, а детей – покровительства семьи и рода.

Есть мнение о том, что сегодня истинный владелец всех детей на Земле – это Папа Римский. Видимо этому миру есть еще чему нас удивлять.

Продолжение следует…

магистр РАНХиГС

Емелина Людмила Анатольевна,
научный руководитель, к.ю.н.,
доцент кафедры правового обеспечения
рыночной экономики ИГСУ, РАНХиГС 

КАК БРАЧНЫЙ ДОГОВОР ЛИШАЕТ ПРАВА НА ИМУЩЕСТВО?

ОПЕРАЦИЯ «АСПИРАНТ» или НОВЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ ШУРИКА

Представим себе, что известная всем сага 1965 года Леонида Гайдая о приключениях студента Шурика уже в наше время имела бы совсем иной, не менее актуальный и на злобу дня, весьма оригинальный сюжет об аспиранте юридического факультета в городе Москве, желающем по случаю разбогатеть.

Сюжет такой: успешная бизнес-леди Нина, находясь в возрасте 45 лет, пережив уже один развод и потеряв половину имущества по  ст. 38 СК РФ «Раздел общего имущества супругов», влюбляется в прекрасного молодого принца 20-ти летнего студента юридического ВУЗа - некоего Шурика, обладателя красоты и молодости, именно всего того, чего Нине, по её мнению, сильно не хватало в жизни.

Имея за плечами неудачный опыт развода и распила личного имущества с бывшим мужем - алкоголиком Бывалым В.И., которое на 99,9% было создано её кропотливым трудом на должности главбуха в течение последних 15-ти лет, а это не много ни мало 2 квартиры в Кунцево и дача в Крыму, наша прекрасная Нина, имеющая в штате своей новой фирмы юриста, конечно же заключила таки брачный договор с новым возлюбленным Шуриком за 2 недели до брака; а её молодой избранник, глядя в её большие влюбленные глаза, конечно же подписал этот брачный договор и сказал, что никаких денег ему от  неё не нужно, что любит он её не за деньги, а за её большие и доверчивые, с морщинками в углу,  глаза.

Прошло 5 лет. Бизнес-леди Нина открыла сеть фитнес-центров в Подольске и её имущество выросло аж на $10 000 000. А её возлюбленный, наш студент Шурик, поступил в аспирантуру юрфака МГУ почти уже написал кандидатскую диссертацию на тему вещного права и раздела имущества, нажитого в браке. И пока наш аспирант любил эти большие красивые глаза героини нашего слегка вымышленного рассказа, он еще и весьма сильно поумнел, изучая римское право, семейный кодекс и судебную практику. Поумнел на столько, что решил, что никакого права из договоров, которые являются, в априори, юридическим фактом, на практике не возникает и подобного рода договоры, в частности брачные договоры, по сути юридическими фактами не являются, а всего лишь на всего – простая фикция, от римского слова fictio - выдумка, вымысел. Кстати, под фикцией принято считать «вымышленное существование факта, о котором известно, что оно вовсе не существует или существует в другом виде» (Мейер Д.И. О юридических вымыслах и предположениях, скрытных и притворных действиях. Казань, 1854. С. 2). А если это так, то такой «вымышленный» брачный договор можно признать недействительным и разделить совместно нажитое имущество в браке, согласно ст. 38 СК РФ «Раздел общего имущества супругов»:

4. Суд может признать имущество, нажитое каждым из супругов в период их раздельного проживания при прекращении семейных отношений, собственностью каждого из них.

6. В случае раздела общего имущества супругов в период брака та часть общего имущества супругов, которая не была разделена, а также имущество, нажитое супругами в период брака в дальнейшем, составляют их совместную собственность.

Что же послужило триггером в судьбе аспиранта Шурика, который в один момент понял, что может стать богаче на $5 000 000? А вот откровением для него явилась гениальная статья его не менее талантливого коллеги под названием «Как суды уничтожили институт брачного договора в РФ».

Конечно же, свой отпечаток наложили и частые упреки, и претензии уже заметно для всех его знакомых стареющей жены о том, что он, Шурик, «никто по жизни», что настоящие мужчины делают бизнес, а не учатся в аспирантуре, и что в постели есть мужчины получше, в общем Нина била по очень знакомым и весьма больным местам. Причем про аспирантуру Шурику было обидно более всего, ведь оскорбить alma mater – это как зарезать без ножа, ударить по самому святому. Если про неудачи в постели еще простить можно, то вот за науку прощать нельзя. А когда кругом такая несправедливость, да и друзья и близкие очень недовольны положением незаслуженно обделённого аспиранта, тогда в гениальную голову начинают приходить не менее гениальные откровения, ведь голь на выдумку хитра, раз больше судьба ничем не наградила. Шурик начал вникать в суть дела. Вот что он прочел первым.

СК РФ Статья 44. Признание брачного договора недействительным

1. Брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для недействительности сделок.

Итак, забрезжил свет в конце тоннеля, свет надежды и счастья на пути к свободе. Свободе «от» и «для» одновременно. Когда же договор по ГК РФ признается недействительным? Ну здесь полный список вариантов, хоть про 4 порока сделки рассуждай:

1.       Порок формы сделки. Здесь невозможно доказать недействительность, если брачный договор был подписан у нотариуса, зачитан нотариусом вслух перед его подписанием и этот пункт указан в договоре. Ярко иллюстрирует конкретный пример о признании брачного договора недействительным в апелляционном определении Московского городского суда от 12.01.2016 N 33-0146/2016. Но это не наш случай.

2.       Порок субъектного состава. К счастью, у нашего аспиранта отсутствует недееспособность и специальная правоспособность тоже.

3.       Порок воли. Аспирант не сможет оспорить (ст. 166 ГК РФ) брачный договор, ибо его не вводили в заблуждение - статья 178 ГК «Недействительность сделки, совершенной под влиянием существенного заблуждения» и не обманывали - статья 179 ГК РФ «Недействительность сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы или неблагоприятных обстоятельств».

4.       Порок содержания. Брачный договор в данном случае не подлежит применению статьи 170 ГК РФ «Недействительность мнимой и притворной сделок» по причине отсутствия умысла прикрыть другую сделку (например, уход от налогов при купле-продаже недвижимого имущества) или провести мнимую сделку.

Немного погрустив от того, что недействительность по этим четырем порокам «не светит» и брачный договор признать недействительным не представляется возможным, Шурик продолжил свое исследование. На его счастье сам законодатель сделал Шурику подарок:

Статья 44 СК РФ. Признание брачного договора недействительным

2. Суд может также признать брачный договор недействительным полностью или частично по требованию одного из супругов, если условия договора ставят этого супруга в крайне неблагоприятное положение. Условия брачного договора, нарушающие другие требования пункта 3 статьи 42 настоящего Кодекса, ничтожны.

Это значит, что содержание всего (!) брачного договора, его содержания (ст. 42 СК РФ «Содержание брачного договора»), всё то, над чем неделю работал юрист Нины, от начала до конца, возможно, с очень большой вероятностью, будет признано судом недействительным.

Начался самый интересный момент исследования законных возможностей признать брачный договор недействительным. Как говорится, vigilantibus jura scripta sunt - законы написаны для бодрствующих. И Шурик бодрствовать начал, как никогда. Что там есть про недействительность?

Статья 167 СК РФ. Общие положения о последствиях недействительности сделки

2. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Это на практике означает, что при признании сделок притворными, мнимыми (хотя согласно Постановление Президиума ВАС РФ от 18.10.2012 N 7204/12 такие сделки можно считать по факту исполненными, однако п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 все-таки считает мнимую сделку формально исполненной), а в целом – фиктивными, так же оспоримыми и незаключенными, закон предполагает наступление последствия таких сделок, а именно – недействительности и как следствие недействительности – взаимную реституцию. Что это такое?

Реституция restitutio (восстановление, отозвание; возвращение прежних прав и преимуществ) или «воздаяние» означает на практике, что еще задолго до рождения аспиранта Шурика и автора гениальной статьи жил еще не менее гениальный Фома Аквинский, предложивший юридическому сообществу весьма полезный в таких случаях actus iustitiae commutativae - акт направленной справедливости, возвращающий вещи, имущество в первоначальное состояние.

В таком случае появляется гипотеза о том, что при признании брачного договора недействительным и сам брак между супругами возможно так же признать недействительным, ведь брачный договор это и есть производное брака. Тогда и брак подпадает под положение о реституции, т.е. признается недействительным с того самого дня, когда он был зарегистрирован. Но в этом случае выиграет Нина, и вот почему.

Статья 27 СК РФ. Признание брака недействительным

4. Брак признается недействительным со дня его заключения (статья 10 настоящего Кодекса).

Это означает, что если бы за признанием брачного договора недействительным следовало признание и самого брака недействительным (что вполне логично), то и раздел имущества супругов по п.4 статьи 38 СК РФ «Раздел общего имущества супругов» тоже аннулируется: имущество, нажитое в браке, совместным больше не является и, следовательно, не подлежит разделу.

Однако у законодателя есть свое мнение об этом.

Статья 27 СК РФ. Признание брака недействительным

1. Брак признается недействительным при нарушении условий, установленных статьями 12 - 14 и пунктом 3 статьи 15 настоящего Кодекса, а также в случае заключения фиктивного брака, то есть если супруги или один из них зарегистрировали брак без намерения создать семью.

Более подробно прокомментировал это мнение и Пленум Верховного Суда Российской Федерации в своем Постановлении от 5 ноября 1998 г. N 15:

п. 23. Перечень оснований для признания брака недействительным, содержащийся в п. 1 ст. 27 СК РФ, является исчерпывающим и не подлежит расширительному толкованию. К таким основаниям относятся: нарушение установленных законом условий заключения брака (ст. ст. 12, 13 СК РФ); наличие при заключении брака обстоятельств, препятствующих его заключению (ст. 14 СК РФ); сокрытие одним из лиц, вступающих в брак, от другого лица наличия у него венерической болезни или ВИЧ - инфекции (п. 3 ст. 15 СК РФ); фиктивность брака (п. 1 ст. 27 СК РФ).

Если бы автоматическое признание брачного договора недействительным признавало бы и сам брак недействительным, то Нина была бы счастлива достичь двух целей – избавиться от молодого наглого мужа и одновременно спасти свой капитал в размере $10 000 000 от очередного дележа.

Скорее всего, юристу Нины стоило бы в таком случае включить в брачный договор пункт о том, что в случае признания судом брачного договора недействительным, стороны (Нина и Шурик) просят признать или считать сам брак недействительным со дня его заключения (п.4 ст. 27 СК РФ «Признание брака недействительным»). Возможно, так Нина смогла бы предотвратить раздел имущества (которое по факту создала она, занимаясь бизнесом и к которому Шурик технически не имеет никакого отношения), а именно п.4 ст. 38 СК РФ «Раздел общего имущества супругов», на основании которой Шурик станет не только успешным аспирантом, но и завидным мужчиной для потенциальных невест. Однако это действующему законодательству, к сожалению для Нины.

Доказать же в суде фиктивность брака, чтобы признать брак недействительным, Нине будет довольно сложно, особенно, если Шурик будет демонстрировать суду любовные письма, фото счастливой пары в путешествиях и дома и т.п. Таким образом Нине довольно сложно защищаться от желания Шурика признать брачный договор недействительным. В таком случае Нину ждал бы вот такой «триумф справедливости»:

Статья 30 СК РФ. Последствия признания брака недействительным

2. К имуществу, приобретенному совместно лицами, брак которых признан недействительным, применяются положения Гражданского кодекса Российской Федерации о долевой собственности. Брачный договор, заключенный супругами (статьи 40 - 42 настоящего Кодекса), признается недействительным.

4. При вынесении решения о признании брака недействительным суд вправе признать за супругом, права которого нарушены заключением такого брака (добросовестным супругом), право на получение от другого супруга содержания в соответствии со статьями 90 и 91 настоящего Кодекса, а в отношении раздела имущества, приобретенного совместно до момента признания брака недействительным, вправе применить положения, установленные статьями 34, 38 и 39 настоящего Кодекса, а также признать действительным брачный договор полностью или частично.

Добросовестный супруг вправе требовать возмещения причиненного ему материального и морального вреда по правилам, предусмотренным гражданским законодательством.

В случае такого прекрасного исхода для истицы, Нина даже получила бы выплату материального вреда, причиненного ей этим идиотом Шуриком…

Изучая обзор судебной практики по делам о признании брака недействительным (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.12.2022), вот что удалось найти

 В 2019 году судами всего было рассмотрено 596 дел о признании брака недействительным. В 2020 году количество дел уменьшилось на 26 % (440 дел), в 2021 году было рассмотрено 647 дел (на 47 % больше, чем в 2020 году).

Изучение материалов судебной практики показало, что наибольшее количество дел о признании брака недействительным было рассмотрено судами по основанию регистрации брака супругами или одним из них без намерения создать семью (фиктивный брак) (пункт 1 статьи 27 СК РФ).

При разрешении споров суды исходили из того, что юридически значимыми обстоятельствами являются установление воли лиц, вступающих в брак, направленной на создание семьи, наличие признаков семьи и направленность воли лиц, вступивших в брак, на сохранение семьи после заключения брака.

На требования о признании брака недействительным срок исковой давности не распространяется.

Отсутствие намерения супруга или одного из них создать семью является основанием для признания брака недействительным (фиктивным). [Для этого супруги не должны жить вместе после брака].

Но, увы, необходимых оснований для Нины здесь не нашлось и сценарий в суде будет разворачиваться совершенно в другом направлении и не в пользу Нины. А почему? Вот что выяснил Шурик, вникая в суть цивилистики.

Почему факт не порождает право?

Под понятием юридического факта в практике и в юридической науке принято понимать обстоятельства, являющиеся причиной, например, возникновения правовых отношений. Брачный договор при заключении, считается юридическим фактом, так как он создает конкретные правовые отношения супругов, обязывающих их, при разделе имущества, нажитого в браке, в случае прекращения брака, разделить это имущество не согласно статьи 38 СК РФ «Раздел общего имущества супругов», а по специальному режиму раздела имущества - Статьи 40 СК РФ «Брачный договор». Вроде бы все понятно в это конструкции, но на практике дело обстоит иначе. Те наивные сознательные и доверчивые граждане, как наша Нина в том числе, верящие в закон и его правовые последствия сейчас будут сильно разочарованы. И парадокс вот в чем.

ГК РФ Статья 420. Понятие договора

1. Договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно ст. 420 ГК РФ Брачный договор порождает обязанности и права. Давайте зафиксируем эти две основные мысли – права и обязанности, и попробуем разобраться, в отношении чего и у кого возникают права, и в отношении чего и кого какие обязанности возникают.

ГК РФ Статья 421. Свобода договора

4. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Так же закон говорит о том, что стороны вправе сами определять условия договора, ведь именно стороны, подписывая договор, создают юридический факт, из которого возникают их права и обязанности. В этом и заключается понятие диспозитивности dispositive principle – принципа гражданского права, при котором право появляется при подписании, в нашем случае, брачного договора и это право можно защищать в суде.

Итак, подписав брачный договор, юридический факт на основании диспозитивного принципа порождает правовые последствия данного относительно того, что в данном договоре о специальном разделе имущества прописано, что подтверждается нормой права о свободе договора и ст. 42 СК РФ:

Статья 42 СК РФ. Содержание брачного договора

1. Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 настоящего Кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.

Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов.

Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов.

Правовыми последствиями, вытекающими из подписанного сторонами брачного договора, является:

1.       Отказ одной из сторон (Шуриком) притязаний на имущество, приобретенное в браке одной стороной (например, Ниной) на основании статьи 38 СК РФ «Раздел общего имущества супругов»,

2.       Возникновение права владения и распоряжения имуществом у другой стороны (Нины) безо всяких ограничений, находясь в браке.

По логике п.1 статьи 42 СК РФ. Содержание брачного договора у Нины на все имущество, приобретенное ею в браке и оформленное на неё, должно возникать право собственности.

Статья 209 ГК РФ. Содержание права собственности

1. Собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

2. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Однако никакого неограниченного права владения не возникает. Вообще никакого права на основании рассматриваемого нами здесь юридического факта не возникает. Следовательно норма закона статья 42 СК РФ «Содержание брачного договора» не является юридическим фактом. Соответственно, норма закона статья 42 СК РФ «Содержание брачного договора» не является нормой закона. Почему?

Если бы норма закона статья 42 СК РФ «Содержание брачного договора» порождала бы хоть какое-то правовое последствие, то Нина, заключив с Шуриком брачный договор, подписав его у нотариуса и находясь при этом в браке, имела бы право:

1.       Отчуждать без согласия супруга движимое и недвижимое имущество

2.       Заложить без согласия супруга движимое и недвижимое имущество

3.       Распоряжаться долями в бизнесе без согласия супруга движимое и недвижимое имущество

4.       Оформить наследство, завещать, подарить движимое и недвижимое имущество

Вместо этого, семейные пары, заключившие брачный договор, обязаны на основании СК РФ Статья 34. Совместная собственность супругов и СК РФ Статья 35. Владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов просить супруга просить разрешения у своих супругов на проведение сделок с движимым и недвижимым имуществом:

Статья 35 СК РФ. Владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов

2. При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

Некоторые теоретики, опровергая этот тезис о необходимости получения разрешения на распоряжение имуществом одного из супругов при наличии брачного договора, ссылаются на следующую норму:

Статья 256 ГК РФ. Общая собственность супругов

1. Имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

На практике же Россреестр сделает приостановку регистрации сделки с недвижимостью до получения нотариального разрешения второго супруга, что он не против данной сделки. Таким образом, брачный договор не дает право свободно распоряжаться имуществом Нине, которое по брачному договору оформлено на неё и на которую по брачному договору аспирант и муж по совместительству Шурик не имеет вроде бы никакого отношения.

Другими словами, брачный договор – это ни что иное как правовая (юридическая) фикция, не являющаяся ни юридическим фактом, создающим правовые последствия, ни правом на владение имуществом с момента его подписания. Однозначно и без сомнений можно считать все параграфы СК РФ о брачном договоре фикцией, иначе – вымыслом, заведомым обманом.

«Правовая фикция принадлежит к числу самых востребованных инструментов римской юридической техники», отмечает А.М. Ширвиндт (Ширвиндт А.М. Значение фикции в римском праве: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. – М., 2011. – С. 3.)

«Фикция органично вплетена в логическую структуру материи права вопреки всем законам самой формальной логики, но при этом выполняет столь важную функцию, что без нее вряд ли возможно полноценное правовое регулирование в ряде важнейших сфер общественной жизни» (Маркин А.В. Фикции в римском праве: логическая природа и правовая целесообразность // Вектор науки ТГУ. – 2011. – № 2(16). – С. 243.)

У большинства юристов и адвокатов, наивно пытающихся доказать правовую основу института брачного договора в суде своего доверителя с вытекающими из него правами владения, не возникает мысли о том, что на практике вопрос о наличии или отсутствии права будет решать суд только после развода. Получается, что брачный договор – это не вступление в право владения на то или иное имущество в будущем (приобретённое Ниной за период брака, сколько бы он ни длился) на примере завещания (кстати, сравнение брачного договора и завещания по характеру весьма похожи в этом аспекте – оба договора говорят о будущем имущества), а лишь право требования признания права на это имущество в суде после развода, вероятность которого ничтожно мала.

Другими словами, брачный договор - это не гарантия сегодня на то, что в будущем все, что будет оформлено на Нину согласно статье 42 СК РФ «Содержание брачного договора» так и будет ей принадлежать даже после развода, а напротив, это лишь право требовать на основании dispositive principle в суде признанием Нины владеть и распоряжаться этим имуществом. Это получается не гарантия, а лишь надежда для подписантов брачных договоров иметь шанс на победу в суде после бракоразводного процесса в будущем.

Как поется в известной песне – «надейся и жди, вся жизнь впереди».

Что же превращает юридический факт, а именно весь раздел вещного права – института брачного договора в юридическую фикцию? Это, бесспорно, п.2. ст. 44 СК РФ:

Статья 44 СК РФ. Признание брачного договора недействительным

2. Суд может также признать брачный договор недействительным полностью или частично по требованию одного из супругов, если условия договора ставят этого супруга в крайне неблагоприятное положение. Условия брачного договора, нарушающие другие требования пункта 3 статьи 42 настоящего Кодекса, ничтожны.

Эту фикцию поддерживает и пресловутый Пленум Верховного Суда Российской Федерации в своем Постановлении от 5 ноября 1998 г. N 15 пункт 15:

15. Если брачным договором изменен установленный законом режим совместной собственности, то суду при разрешении спора о разделе имущества супругов необходимо руководствоваться условиями такого договора. При этом следует иметь в виду, что в силу п. 3 ст. 42 СК РФ условия брачного договора о режиме совместного имущества, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение (например, один из супругов полностью лишается права собственности на имущество, нажитое супругами в период брака), могут быть признаны судом недействительными по требованию этого супруга.

В судебной практике достаточно примеров, когда суд признавал брачный договор недействительным только потому, что такому бедному, но очень одаренному аспиранту, как Шурику, при разводе ничего не доставалось! Суд просто неоднократно давал однозначную оценку брачному договору «недействительный» только потому, что суд считал, что, например, Нина должна была оставить «не голым» Шурика, он все же ходил на лекции, в магазин, мыл полы, вел хозяйство, как ни как удовлетворял сексуальные потребности своей жены и имел хорошие отзывы своих знакомых о том, что он прекрасный муж. А еще Шурик за коммунальные счета платил и принес в суд эти квитанции, следовательно – вел общее хозяйство. Ну а значит Нина пять лет назад поставила его этим брачным договором в крайне неблагоприятное положение.

Какая Нина плохая девочка, ведь нормальная жена отдаст за все, что делал Шурик, половину своего заработанного, а именно $5 000 000, ведь не известно, смогла бы она заработать без него такие деньги, ведь Шурик её вдохновлял, а не кто-то другой. Поэтому суд признает договор недействительным, брак признает действительным, включает стандартный режим раздела имущества по ст. 38 СК РФ «Раздел общего имущества супругов».

Нина не понимает, что за это за такое оценочное понятие крайне неблагоприятное положение.

Значит, существует где-то среднее неблагоприятное положение, нормальное и, наверно, близкое (как антоним слова крайнее) неблагоприятное положение? Но о них нам не известно.

Получается, любой брачный договор, по усмотрению суда, на основании якобы объективной оценки судом юридических фактов, можно считать договор либо действительным, либо недействительным. Нет никаких цифр, показателей, определяющих крайне неблагоприятное положение одной из сторон.

Было бы всем понятно, если бы в законе о брачном договоре был бы указан порог допустимого предельного разделения имущества, например 75/25. Так, если у одной из сторон окажется менее 25% от общего имущества супругов при разводе, то такой брачный договор будет считаться недействительным. Однако мы войдем в коллизию с нормой права

ГК РФ Статья 421. Свобода договора

4. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Однако отсылка на статью 422 дает нам надежду, что создание пределов раздела имущества, к примеру, в пропорции не менее чем 75/25, прекрасно увяжется со смыслом данной статьи ГК:

ГК РФ Статья 422. Договор и закон

1. Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Как проблема брачного договора решалась бы в эпоху Рима?

Подробно о судьбе имущества брачующихся после вступления в брак я уже изложил в статье https://emelinaludmila.ru/forum/topic/22375-kak-sudy-unichtozhili-institut-brachnogo-dogovora-v-rf/?tab=comments#comment-86176.

В рамках этого исследования проблемы брачного договора нам интересно другое: почему брачный договор не порождает право?

Давайте посмотрим на понятие владения, к примеру землей, римским гражданином через некоторые постулаты:

1.       Никто не может изменить сам себе основания владения nemo sibi causam possessionis mutare potest. Это означает, что право возникает только в процессе взаимодействия с кем-то. Основание, или причина любого владения, всегда имеет некий источник - causa possessionis. Этот источник является юридическим фактом. Этот юридический факт создает последствия, как правовые (права владения, права дарения, мены и т.п.), так и обязательственные (передать объект, оплатить, вернуть и т.д.).

2.       Владение как право possessio, possessio civiles понималось в Риме как сочетание «воли на владение» - animus possessionis с обязательным отношением владельца к вещи «как к своей» - animus domini и физическим соприкосновением к предмету владения – «телу владения» corpus possessionis. В некоторых случаях, когда невозможно было физически «держать» под ногами все, например, 10 гектаров земли, можно было физически обозревать этот участок земли – «глазами и намерением», oculis et affectu. Однако чаще всего это был контакт с небольшими вещами, которые можно было просто взять в руку corpore et tactu.

3.       Владение приобретается гражданином, когда элементы намерения (воли на владение) с отношением к вещи как к своей и физическим прикосновением (обладанием) соединяются в одном лице, apiscimur possessionem animo et corpore - «мы получаем владение волей и телесным воздействием», fr. 3. 1. D. 41. 2.

4.       Ну и куда проще и понятнее то, что владение утрачено, когда один из этих элементов исчезает «владение теряется либо утратой воли, либо физической связи с вещью» - amittimur possessionem aut animo aut corpore.

Все, что перечислено в этих четырех пунктах, по-видимому, характеризует владение либо как юридический факт, либо говорит о владении как о праве. На эту тему есть многовековой спор между сторонниками Савиньи (считали владение фактом, «Право владения» нем. Das Recht des Besitzes, 1803 год) и последователями взглядов Йеринга (считали владение правом).

Автор этой статьи и ваш коллега искренне считает, отчасти соглашаясь с мнением маститого романиста нашей эпохи и сторонника идей Савиньи, д.ю.н, профессора Дмитрия Вадимовича Дождева, что владение – это все же факт, но факт с юридическими последствиями, и факт превращался в право в Риме лишь путем интердикта.

Источником владения может быть только основание – causa, или основание сделки. Брачный договор, как основание будущего, по мнению законодателя, владения, является causa или фактическим основанием того, что у одного из супругов возникнет право на ту недвижимость (к примеру, квартиру и загородный дом), на которую в течение брака он заработает и самое главное – оформит на себя (будет её фактическим держателем, corpus possessionis, о чем будет запись в Росреестре). И вот нам следует понимать, что иметь записанный в период брака объем недвижимости (например, сеть фитнес-салонов Нины) при наличии брачного договора и «записанные» в Росреестре на эту самую Нину – это же еще не право владения possessio civiles, а всего лишь факт, а не право. Другими словами, право владения – это не право, а факт. У Нины нет права на сеть фитнес-салонов, у нее есть право владения как факт и об этом ей напоминает брачный договор. У этого факта есть некие юридические последствия, но не более. Право на эти фитнес-салоны установит суд, когда аспирант юрфака Шурик придет туда с иском о признании брачного договора не действительным. И вот тогда суд и решит, у кого из них – у Нины или у Шурика будет право на эту сеть фитнес-салонов, оцененные в $10 000 000, которые будут либо по-прежнему находиться на учете в Россреестре у Нины и она получит на них право владеть и распоряжаться ими и дальше в суде, либо суд посчитает, что их нужно будет продать и с выручки отдать $5 000 000 Шурику, так как он оказался с точки зрения раздела имущества по брачному договору по отношению к Нине в крайне неблагоприятном положении. Тогда право владения будет признано судом за Шуриком.

Именно по такому принципу и в Римском праве факт владения (наличие физического соприкосновение с вещью - corpus и соответствующее внутреннее намерение владеть им - animus) тоже становился правом при помощи интердикта - Interdictum uti possidetis, который предназначался для охраны владения недвижимой вещью. Однако, наличие двух юридических фактов – владения и интердикта порождают право на недвижимость в Римском праве, сочетание владения и решение суда может не породить создание владельческой защиты и права у Нины на ее сеть фитнес-салонов. Если мы заменим слово «право» на «собственность», то смысл различия правовых последствий будет еще очевиднее.

Относительно взглядов Р. фон Иеринга, который в своих более поздних работах все-таки стал соглашаться с Савиньи, Нина является фактической стороной собственности, ибо Иеринг именно так небезосновательно считал владение (сочетание corpus + animus), или «Tatsachlichkeit des Eigentums».

Подтверждая логику того, что Нина не собственник своей сети фитнес-салонов до решения суда, уместно вспомнить Итальянское уложение, где владение (сочетание corpus + animus) не считалось правом - «Владение есть удержание вещи, которая принадлежит кому-либо или непосредственно, или через другое лицо, удерживающее вещь от имени ее владельца». В гражданском кодекс Аргентины в ст. 2363 от 1871 года вообще цитируется классическое определение владения из Дигестов Юстиниана: «лицо владеет, потому что владеет» (D. 5.3.11 – 12).

Свод законов Российской империи, ст. 523, допускал категорию «незаконного владения», тем самым доказывая точку зрения, что в таких случаях речь не может идти о праве (собственности), а лишь о фактическом состоянии (владении).

И знаете, какой аргумент доказывает на 100%, что Нина не является настоящим, титульным или оригинарным владельцем, собственником своего бизнеса? То, что Нина, находясь в браке, имея брачный договор, не может в полной мере, без юридических, порой непредсказуемых последствий, не озираясь назад, распоряжаться своим имуществом – дарить его, завещать, закладывать, ибо суд в недалеком будущем может признать эти действия не законными в случае, конечно, признания брачного договора недействительным.

Существует извечный спор. Сторонники правой теории владения утверждают, что закон защищает именно владение, следовательно, владение – это право. Сторонники противоположной теории, к коим отношусь и я, возражают первым тем, что если правопорядок будет упразднен, то владение как факт останется.

Если мы посмотрим на судебную практику относительно взглядов судов на природу владения, о которой мы сейчас рассуждаем, то мы сделаем поистине резонансное для себя открытие. Весьма интересно Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 25.11.2008 № 50-В08-4. Преамбула была такова. Господин А. сдал внаём квартиру господину Б, который впоследствии продал по поддельным документам третьему лицу. Произошла цепочка сделок. Узнав об этом, господин А. подал виндикационный иск к последнему владельцу квартиры господину К. И вот самым интересным был вопрос: выбыла ли квартира из владения по воле господина А или против его воли!

ГК РФ Статья 302. Истребование имущества от добросовестного приобретателя

1. Если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Если воля на выбытие квартиры из владения господина А. будет доказана в суде, т.е. тот добровольно передал квартиру во владение господину Б., то господин К. владеет ею законно, согласно п.1 ст. 302 ГК РФ, и мы имеем яркий пример того, что владение – это юридический факт, а право (признание собственности) – это следствие решение суда. Здесь мы говорим о владении как о физическом господстве над вещью corpus possessionis. В Риме такая владельческая ситуация носила название пассивной легитимации по виндикационному иску и связана была с тем, что в данном примере господин К. не мог попросить претора признать его право на владение, но мог выиграть суд, ведя себя в суде пассивно, не доказывая свою правоту: истец (господин А.) должен был доказать претору, что он не терял владение над квартирой и в данном случае проиграл бы, потому что как минимум уже квартира не была corpus possessionis или господин К. платил коммунальные платежи и это значит, что уже К. относился к квартире «как к своей» - animus domini.

В Риме был так же еще один весьма эффективный способ защиты своего владения – активной легитимации на интердикт. Это означало бы, что господин К., используя интердикт претора, защищал бы свою квартиру от попыток выселить его господином А., однако такого метода защиты, к сожалению, в ГК РФ нет, а очень жаль. Господину К. нужно всего лишь было доказать, что он владеет квартирой (физически в ней живет) и относится к ней, как к своей (прибирается, делает ремонт, платит коммунальные платежи).

Если воля на выбытие квартиры из владения господина А. не будет доказана в суде, тогда господин А. будет законно виндицирует свою квартиру вновь свое владение. Для этого владением нужно признать не физическое владение, то, что владение – это запись в реестре прав на недвижимость («Tabularbesitz» - аналог владения по записи в Германском правопорядке), тогда господин А. не давал согласие и его воли не было в том, чтобы изменить запись в реестре, это сделал господин Б. по поддельным документам.

Поэтому очень важно то, как суд смотрит на владение – как на факт, или как на право. Верховный суд РФ занял позицию господина А, отменив решения нижестоящих инстанций и признал в России существование так называемого «книжного владения» (Buchbesitz – фактическое, естественное) в судебной практике по примеру Германского права.

Эту точку зрения на «книжное владение» поддерживает вывод из Постановления Третьего арбитражного апелляционного суда от 14.12.2011 по делу № А33-5496/2011:

 «владение недвижимостью, подразумевает не только и не столько фактическое господство, сколько правовой режим вещи, определенный необходимостью государственной регистрации прав. В силу чего, об утере владения истец мог узнать только, получив сведения из ЕГРП»

Подытоживая рассуждения о факте и праве надо добавить следующее. Владение, согласно Савиньи – это факт, связанный с юридическими последствиями, нуждающийся в юридической защите, рассматривающийся в процессе как факт, но не лишает его и иска о праве.

Эту точку зрения поддерживает и В.М. Хвостов: «Право, лишь только оно возникло, отрешается от производящего его факта».

Нахождение во владении у Нины сети фитнес-салонов на основании брачного договора – это фактическое владение с элементом «книжной записи», которая существует только до решения суда по иску Шурика о признании брачного договора недействительным. "Владелец же имеет право, пока фактически владеет" – писал В.М. Хвостов, а после суда права владения суд может лишить.

Выводы:

1.       Брачный договор не является юридическим фактом, т.к. из него не вытекает однозначного правового последствия.

2.       Брачный договор не создает право владения, оно создает некую отсрочку решения этого вопроса в будущем.

3.       Брачный договор похож на завещание самому себе, которое будет всегда оспариваемо второй стороной.

4.       Брачный договор - это факт, а не право. Об этом говорит римское право и судебная практика.

5.       Брачный договор - это психологический инструмент, создающий временное спокойствие за сохранность своего имущества одного из супругов до развода.

6.       Брачный договор не спасает от раздела имущество, которое было до брака - Апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда от 12 сентября 2017 г. N 33-18893/2017

7.       Брачный договор не является правом, так как лишен правой охраны.

8.       В записи Росреестра нет упоминания о том, что объект недвижимости зарегистрирован на основании брачного договора. Следовательно, Брачный договор не порождает права, в отличии от договора купли-продажи.

9.       Брачный договор не является правом, потому что имущественный комплекс, определенный им в браке, нельзя продать, заложить, завещать, подарить без разрешения супруга(и).

10.   Брачный договор по многим причинам является стоп - фактором для состоятельных людей, желающих вступить в брак.

11.   Брачный договор, как завещание, как любой юридический факт по мнению В.М. Хвостова, тоже является производящим фактом, остающимся в прошлом, порождая этим субъективное право. Однако же уходя на задний план после этого, забирает с собой так и не состоявшееся новое правоотношение по причине неоднозначности судебных решений, что порождает

Со своей стороны я искренне надеюсь, что законодатель устранит правовые пробелы и брачный договор получит статус права, защитит имущество сторон брака и уберет правовой риф под названием «крайне неблагоприятное положение» (п2. ст. 44 СК РФ. Признание брачного договора недействительным), о который разбилась не одна тысяча семей в правовом море семейного кодекса РФ.

магистр РАНХиГС

Емелина Людмила Анатольевна,
научный руководитель, к.ю.н.,
доцент кафедры правового обеспечения
рыночной экономики ИГСУ, РАНХиГС 

Как суды уничтожили институт брачного договора в РФ

Введение в проблему.

До обучения по специальности "юриспруденция" я представлял себе, что есть некая гармония в праве, особая "симфоничность" и стройность законов, зная которые юрист, потянув за одну статью закона или норму права, логично перейдет к следующей и тем самым верно ухватившись за верный элемент, сможет вытащить всю цепь, которая и приведет его к победе и торжеству правосудия.

Во многом такое представление создано благодаря многолетнему опыту изучения религий, в частности - Библии, состоящей из 66 книг. Если вы внимательно изучите страницу с главами и стихами, то увидите на полях некоторые ссылки из букв и цифр, которые являются навигацией по всем книгам и главам этой книги, что дает логическое понимание сути Библии. Что удивительно, в Библии нет ни одного противоречивого места, которое бы конфликтовало с другим, поэтому изучать святое писание довольно легко, как и трактовать. И вот на слове "трактовать" в юриспруденции и начинаются те сложности, которые, с одной стороны, создают колоссальные проблемы для легитаторов, адвокатов, самих судей, прокуроров, с другой стороны – такие же серьезные проблемы для судов первой инстанции, апелляции, кассации, коллегии Верховного и Конституционного суда. И все это потому, что закон у нас один, а варианты его трактовки настолько противоречивы, что если проводить аналогию к Библии, Иисус Христос в Евангелии от Ионна был "Словом", а в книге Бытия Он был бы тишиной. Тогда в мире богословия был бы хаос, который бы сильно навредил всем верующим, однако подобный хаос в трактовках не редкость, а скорее - норма в судебной практике. Безусловно, на этом можно и нужно делать бизнес будущим юристам и легитаторам, которые заработают в любом случае (как говорится, "отшкурят клиента") однако страдать будет всегда именно клиент, который будет зависеть от того, как суд трактует норму закона. Получается, не всегда норма закона определяет положение клиента, а то, как суд решит. Этот дефект судопроизводства и называется, по моему мнению, что "хвост виляет собакой".

Брачный договор  не спасет от грабежа более состоятельную сторону в браке.

Проституция - это признак общества потребления, задача которого - выжить любой ценой. Именно Путинская эпоха и создала целый класс женщин с низкой социальной ответственностью, которые готовы драться за место под солнцем, паразитируя на семейных ценностях, извращая их смысл и основы. Существующий СК РФ позволяет таким женщинам стать успешной, состоятельной и богатой за счет мужчины, которого нужно влюбить в себя, а для этого созданы сотни тренингов, написаны десятки книг по женскому пикапу. Хочешь хорошо жить - вот "панель" или брак по расчету, последний вариант вроде бы так называть нельзя, однако понятие "семейная проституция" возникло не на пустом месте и понять истинные мотивы женщин, стремящихся или вышедших замуж за успешных мужчин, особенно по сценарию "девочка должна быть красивой, а мужчина успешным", практически невозможно. Государство дает все карты в руки таким женщинам, дает право обирать мужчин, забирать у них 50% за проживание с ними. В Римском праве были заградительные барьеры, которые сводили к минимуму попытки деклассировать понятие и ценность семьи:

- невозможно было создать семью, если жених и невеста из разных сословий;

- до первого закона Августа брак с бывшими рабами был запрещен;

- браки с политиками (сенаторское сословие) запрещен, если вторая половина не принадлежала этому сословию.

 Что мы видим в России относительно семьи как ячейки общества? Сегодня мы видим серьезный упадок института семьи в нашей стране, и с подобной проблемой в эпоху Рима боролся император Август, пытаясь сохранить её ценность, потому что следствием падения семья в государстве исчезает и само государство. У меня складывается ощущение, что падение и нашего государство, которое уверенно идет по этому вектору, не за горами.

Если в Риме Август прилагал все силы, чтобы спасти семью от сожительства и бездетности, и спасти этим государство, то в России таких реформаторов нет, а картина действительно ужасающая.

Примерно 3 из 4 браков разваливаются в течение трех лет, а через 10 лет уже 95% браков перестают существовать. Повышение уровня брачных договоров при этом, по моему мнению, кажется наивной попыткой более финансово устойчивой стороны (это может быть как мужчина, так и женщина) защититься от попыток быть "ограбленной" с помощью другой стороны, в руках которой на самом более сильное оружие, которое разрушает щит в виде брачного договора, и это оружие носит название ст. 67 ГПК РФ «Оценка доказательств», с помощью которого любой брачный договор может быть признан недействительным так как одна из сторон вдруг, вопреки ст. 421 ГК РФ "Свобода договора" и римскому постулату Pacta sunt servanda, окажется в "крайне нежелательном положении".

Если в коммерческой организации большая текучка кадров, то, как правило, виновата культура и условия компании, от которой бегут сотрудники. Я смею предположить, что статьи Семейного кодекса деструктивны и дегенеративны, и вот именно поэтому из этого института бегут люди, потому что в таких правовых условиях семья гармонично существовать не может. Давайте посмотрим на примеры.

Развод Чичваркина. "У меня развод занял период с 2013 по 2017 год. Четыре года в судах. Половина всех денег. Испорченные отношения и потерянные годы с детьми, — пояснил Евгений. [https://spletnik.ru/96534-evgeniy-chichvarkin-o-razvode-s-zhenoy-otnosheniyakh-s-detmi-podruge.html]. Кто была первая жена Евгения – Антонина до брака?  Успешной бизнес-леди с активами хотя бы на 1 млн. рублей? Нет, это была не работающая женщина, получившая бонус за «поддержку» мужа и секс с ним - ни много ни мало, но аж £15 млн. при разводе.

Экс жена Владимира Потанина - Наталья Потанина подала на развод и иск на сумму £5,8 млрд.

Экс жена Игоря Вилинова - Ирина Вилинова подала на развод и иск на сумму £5,0 млрд.

Список можно продолжать бесконечно, суммы не важны, важно то, кем были истицы до развода, какой свой вклад и чем они сделали в общий семейный капитал. Ответ простой и понятный - ничем и ничего. Ноль. своего рода бизнес, узаконенный и официальный. Это точно про семью? Нет, это про бизнес. И вот такой бизнес был невозможен в эпоху Древнего Рима по ряду барьеров, которые брачные аферисты не могли преодолеть, однако в более позднее время, с введением sine manu (фактически брачного договора по своей сути) и произошло разрушение основ семьи и государственности в целом.

Что говорит такой женщине - предпринимателю Семейный кодекс РФ?

"Если твой муж богат и успешен, и он перестал тебе нравится, то ты можешь у него забрать половину всего, даже если ты жила с ним в то время, когда твой муж всего добился и приобрел эти активы, а ты сидела на кухне, варила кофе и просто ждала, пока он разбогатеет. Все, что тебе нужно делать, чтобы разбогатеть - это молча ждать" - говорит СК РФ.

Это звучит для второй стороны примерно так: "ты можешь избить свою супругу в любой момент, когда она перестала тебе нравится и закон будет на твоей стороне". Дико? Абсолютно так же, как и первое высказывание, но увы, эта позиция значительно утвердилась в обществе.

Фактически у одной из сторон брака есть узаконенное право от государства на ограбление второй стороны. Для этого, на основании двух козырей в рукаве у судьи, а именно ст. 67 ГПК РФ и Постановления Пленума ВС РФ от 05.11.1998 № 15, можно уничтожить все договоренности о разделе имущества цивилизованным способом посредством брачного договора.

Поэтому той семьи, которую многие себе представляют по книгам и истории сегодня, в таком обществе и с таким Семейным кодексом быть массовым явлением не может, это скорее случайный и редкий сюжет в нашей современной России. Более всего семья сегодня похожа на сделку, на контракт, но не на семью.

Представьте себе, что вы с кем-то дружите, при этом подписываете договор о том, что если, по мнению одной из сторон дружбы сама дружба закончится, то другая сторона обязана отдать половину своего состояния, которая была заработана в период этой самой дружбы. Маразм? Да. Будете дружить на таких условиях? Нет. А семью значит будете создавать? Да. Почему? Потому что там обещают любить до смерти и есть секс. Смешно.

Итак, триггер для получения половины имущества одной из сторон брака самый простой -любой. Вот так решила сторона. И ни у кого это не вызывает возмущения или протеста. Идет грабеж и это узаконено.

А вот, например, во времена Древнего Рима должна была быть веская причина, чтобы женщине по её желанию развестись. И знаете что это за причина? Её не было. Но можно было получить назад то, с чем она в брак пришла - с приданым. Чтобы было понятнее, в наше время это для многих невест - странички в инстаграмм, фоточки и два платьишка. Но про Рим чуть позже.

Итак, какая логическая связь между тем, что один человек зарабатывает деньги, создает бизнес, а второй сидит дома и прибирается, кормит детей и получает за это половину бизнеса, даже если был брачный договор, который не разрешал это делать? Ответ - лицензия на грабеж от государства. Просто государство хочет, чтобы народ друг друга грабил. И это не забота. Заботой было бы то, как если бы государство всем одиноким матерям отдало бы половину своего фонда национального благосостояния, а не морозило его в банках Евросоюза. Государство сказало так: девочки и мальчики, грабьте друг друга, вот вам семейный кодекс, вот Постановление Пленума ВС РФ от 05.11.1998 № 15, вот в нем "крайне неблагоприятное положение" и ст. 67 ГПК РФ, дерзайте, богатейте, а от меня отстаньте.

Ну и образно получается, что всем, кто живет рядом с успешной стороной брака, полагается половина.

По подсчетам Confideri, сделанным на основе 15 решений Высокого суда Англии и Уэльса, средняя цена бракоразводного процесса составляла около £300 000, а средняя стоимость семейных активов — £100 млн. Всего 15 дел!

Состояние Потанина в 2019 году, по оценкам Forbes, составляло $18,1 млрд. Потанина, по ее словам, получила при разводе всего $41,5 млн. Бывшая супруга миллиардера заявила, что подаст апелляцию. [https://www.forbes.ru/milliardery/396415-razvesti-milliardera-skolko-londonskie-yuristy-zarabatyvayut-na-semeynyh-sporah]. Кто эта девица? Выпускница Московского института инженеров транспорта (МИИТ), работала с будущим мужем в его компании Владимира Потанина «Интеррос Эстейт» и удачно залезла к нему под одеяло, что сделало её богатой женщиной.

1,2 миллиарда долларов получила Славика Радич по решению суда при разводе от Берни Экклстоуна (гендиректор «Формулы-1»). [https://lenta.ru/articles/2022/02/04/razvod2/] Кто эта Славика? Фотомодель. По нашему - "фитоняшка, инстасамка и бьютиблогер". Просто решила развестись.

О том, как можно лишиться половины своего состояния в браке даже при наличии брачного договора в России и пойдет речь в данном исследовании.

Миф о счастливой семье.

Я думаю, что первым, кто бросил тень сомнения на институт брачных договоров, к сожалению, и по моему мнению, является Президент РФ В.В.Путин. Введенный в 1996 году законный режим изменения имущества супругов с помощью брачного договора, во время встречи с российскими студентами 25 января 2021 г. Президент видимо саркастически заметил: "если люди вступают в брак и собираются жить вместе, вести общее хозяйство, детей иметь, то, наверное,  должны доверять друг другу", что на мой взгляд означает "счастливой семье брачный договор не нужен". [https://iz.ru/1116006/2021-01-25]

С этой позицией не согласна статистика браков и разводов (73% разводов в 2021 году против 4% разводов в эпоху СССР), поэтому можно сказать, что любовь и доверие заканчивается именно там, где нет договора о материальных ценностях, которые наживают совместно супруги.

Этому суждению можно возразить и тем, что существующий институт брачного договора за 26 лет так и не снизил, но даже наоборот, повысил уровень разводов в России, на что, скорее всего, и опирался В.В.Путин.

Я как профессиональный экономист и управленец воздержусь от соблазна подвергнуть критике проводимые Правительством РФ и Президентом семейные реформы за последние 22 года, скажу лишь, что мнение Президента РФ, скорее всего, лишь манипуляция и заигрывание с электоратом, не более того. Институт брачного договора по своей сути внес много позитивного в создание, укрепление и развитию здоровых семейных отношений, и, безусловно, этот институт нуждается в реформировании, совершенствовании, и доработке в связи с новыми запросами общества, социальной ситуации, и цифровизации общества.

Вот два варианта семьи: в одной надеются друг на друга, что каждый поступит друг с другом в случае развода справедливо и поэтому для них брачный договор это как бы атрибут недоверия друг к другу, а вторая семья более прагматична и считает, что лучше договориться обо всем "на берегу". Где больше счастья? Там где есть больше понимания будущего. Сегодня все клянутся в любви и верности, а завтра появляется измена, конфликт, обиды и прочие проблемы в отношениях. Посмотрите, как распадаются компании, как вначале партнеры верят друг другу, а потом судятся годами. Вывод один: хотите любой счастливый проект, будь то бизнес или семья - согласовывайте и подписывайте сразу вариант "расхода", тогда в отношениях исчезнет напряженность. Видимо эта здравая мысль в умах россиян, основанная на просвещенности и негативном опыте прошлых браков и разводов знакомых и друзей, повысила уровень заключенных брачных договоров с 40 215 в 2011 году до 148,3 тыс. в 2021 году [https://iz.ru/1291008/2022-02-14/chislo-brachnykh-dogovorov-v-rossii-za-poslednie-10-let-vyroslo-v-tri-raza]

При разводе со своей супругой, В.В. Путину, скорее всего брачный договор не нужен, потому что у него была "счастливая семья", да и я уверен, не жили они вдвоем в однокомнатной квартире и не была у них одна машина, нажитая за 10 лет в браке. Из Кремля вообще такие проблемы кажутся незначительными. Но у простых людей и юристов иже с ними мнение несколько другое. А вот в судебном процессе на две стороны процесса и суда будет 4 мнения, которые надо как-то положить в решение.

Где собака порылась. Судебная практика.

Теперь давайте посмотрим на примере двух гражданских дел, от каких решений суда падает в обморок одна из сторон практически любого имущественного спора при разделе имущества, ну а затем разберемся, в чем же проблема таких решений.

Дело семьи Фарковых № N 2-289/17.

Фабула, кратко: 30 марта 2007 г. заключен брак, 28 мая 2008 г. по договору купли-продажи приобретена квартира, стоимостью 2 500 000 руб. и оформлена на жену, Фарковой Н.В. Спорное жилое помещение было приобретено частично за счет совместных средств, а также за счет денежных средств, полученных по кредитному договору, заключенному между Фарковой Н.В. и Сбербанком России на сумму 2 250 000 руб. Возврат денежных средств по договору обеспечен залогом квартиры и поручительством Фаркова А.В. (муж).

25 октября 2007 г. Фарковой Н.В. заключен кредитный договор на сумму 750 000 руб., по которому истец также являлся поручителем. Данные денежные средства были использованы на внесение задатка за спорную квартиру в размере 250 000 руб., а также на приобретение мебели, бытовой техники, осуществление ремонта.

Семейные отношения прекращены 17 мая 2013 г.

Согласно условиям брачного договора от 12 апреля 2013 г. спорная квартира является собственностью Фарковой Н.В.

Фарков А.В. обратился в суд с иском к Фарковой Н.В. о признании частично недействительным брачного договора, разделе совместно нажитого имущества.

Первая инстанция. Заочным решением Анапского городского суда Краснодарского края от 30 марта 2015 г. в удовлетворении иска отказано.

Вторая инстанция.  Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 28 июля 2015 г. указанное решение суда отменено, иск удовлетворен.

Брачный договор, заключенный 12 апреля 2013 г. между Фарковым А.В. и Фарковой Н.В., признан недействительным. Спорное жилое помещение признано общим совместным имуществом Фаркова А.В. и Фарковой Н.В.

Кассация. В кассационной жалобе заявителем ставится вопрос об отмене апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 28 июля 2015 г. ввиду существенных нарушений норм материального и процессуального права и оставлении в силе заочного решения Анапского городского суда Краснодарского края от 30 марта 2015 г.

Анализ. Общий счет сторон по делу пока что 1:2 в пользу его жены, Фарковой Н.В. Дело проходит три инстанции, только в одной признают положение супруга "крайне неблагоприятным", в двух других суды считают, что сам брачный договор является важным инструментом законного режима имущества супругов и ст. 421 ГК РФ "Свобода договора" дает сторонам возможность этот вопрос решить по своему усмотрению. Другими словами, две судебные инстанции небезосновательно решили, что "условия договора определяются по усмотрению сторон" (п.4). Вроде все верно, но в глазах сторон процесса, бывших супругов, это не суд, а качели, маятник, который качается из стороны в сторону и если еще постараться (доплатить своим юристам), то маятник качнется в нужную сторону. Наши прекрасные легитаторы спокойны, они всегда в плюсе, что не скажешь об их доверителях. Идем дальше.

Коллегия ВС РФ. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что имеются основания для отмены апелляционного определения и оставлении в силе решения суда первой инстанции, считая, что в соответствии со статьей 387 ГПК РФ есть таки основаниями для отмены решения второй инстанции. ВС РФ считает, что супргу выступает поручителем и в период брака погашал задолженность, поэтому передача квартиры по условиям брачного договора в собственность Фарковой Н.В. полностью лишает Фаркова А.В. права на имущество, нажитое сторонами в период брака.

ВС РФ в своем решении сослался на п.1 статьи 33 СК РФ, статью 40 СК РФ, статью 41 СК РФ (абзац 1 пункта 1), п. 1 ст. 42 СК РФ, ст. 34 настоящего Кодекса, п. 2 и п.3 статьи 42 СК РФ, как всегда упомянул пункт 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака"

"Как установлено судом и следует из материалов дела, брачный договор не содержит условий, которыми Фарков А.В. поставлен в крайне неблагоприятное имущественное положение, в брачном договоре отсутствуют положения, указывающие на признание права собственности на все совместно нажитое имущество только за Фарковой Н.В.

По условиям брачного договора Фарков А.В. и Фаркова Н.В. распределили между собой имущество таким образом, что Фаркову А.В. передано в собственность и недвижимое (гараж) и движимое (машина) имущество, при этом в собственность Фарковой Н.В. перешла не только спорная квартира, но и обязательство по погашению кредита (пункт 4 брачного договора).

Доказательств наличия существенной диспропорции в распределении между супругами имущества, нажитого в период брака и имущественных обязанностей супругов в связи с передачей каждому из них конкретного вида имущества, в деле не имеется."

Что сделал ВС РФ? Просто взял калькулятор и все посчитал и сделал работу судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда, который и заставил изрядно понервничать Фаркову Н.В.

Что мы имеем для себя, как юристы в этом деле? Торжество института брачного договора, а именно ст. 42. "Содержание брачного договора" и ст. 421 ГК РФ "Свобода договора". Но является ли это торжество законным и не ставит ли это решение Фаркова А.В. в крайне неблагоприятное положение? И вот здесь начинается самая большая интрига.

Критика определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 24 мая 2016 г. N 18-КГ16-10.

1. "Фарковой Н.В. соблюдаются положения брачного договора в части имущественных обязанностей, в том числе обязанности по выплате кредита, которую она исполняет самостоятельно и за свой счет."

Здесь возникает большое сомнение относительно того, зачем тогда Фарковой Н.В. нужен был поручитель, если она сама могла платить за целых два кредита на сумму 2 250 000 руб и на сумму 750 000 руб. Как следует из материалов дела, в суд не было предоставлено подтверждения доходов, необходимых Фарковой Н.В. для погашения обоих кредитов. Чтобы получить кредит в банке или ином финансовом учреждении, ежемесячный платеж по кредиту не должен составлять более 30-35% от ежемесячного дохода, потому что заемщику надо на что-то жить (покупать еду, оплачивать услуги ЖКХ и т.п.). Именно из-за недостаточности уровня доходов был привлечен поручитель в лице её супруга. Получается, если даже необходимая сумма и списывалась с зарплатной карты Фарковой Н.В., то все семейные расходы осуществлялись за счет Фаркова А.В., тем самым мы имеем дело со ст. 39 СК РФ и понимаем, что речь идет не об персональной сделке Фарковой Н.В. с банком за счет её личных доходов, а использование всего личного дохода семьи для погашения обоих кредитов.

2. "При этом суд указал, что в собственности Фаркова А.В. имеется квартира в г. <...>, в связи с чем его довод об отсутствии у него иного недвижимого имущества является необоснованным". К сожалению Фарковой Н.В. не было предоставлено доказательств того, что данная квартира была приобретена в браке, а следовательно, коллегия ВС РФ не имела права учитывать ее при своих расчетах в принятии решения, это противоречит п. 4 ст. СК РФ Статья 38. Раздел общего имущества супругов: "Суд может признать имущество, нажитое каждым из супругов в период их раздельного проживания при прекращении семейных отношений, собственностью каждого из них".

3. "Также судебная коллегия указала на необоснованность ссылки суда первой инстанции на наличие у Фаркова А.В. в собственности квартиры, поскольку она была приватизирована истцом и продана, а часть денег от ее продажи пошла в уплату за спорную квартиру." Коллегия ВС РФ не привела доказательств своей точки зрения, In dubio pro reo.

4. "по мнению суда апелляционной инстанции, не может служить доказательством, что брачным договором Фарков А.В. не поставлен в крайне неблагоприятное положение. Кроме того, суд апелляционной инстанции принял во внимание, что истец является инвалидом". В данном случае коллегия ВС РФ не доказала обратное, почему Фарков А.В. не поставлен в крайне неблагоприятное положение.

5. "25 октября 2007 г. Фарковой Н.В. заключен кредитный договор на сумму 750 000 руб., по которому истец также являлся поручителем. Данные денежные средства были использованы на внесение задатка за спорную квартиру в размере 250 000 руб., а также на приобретение мебели, бытовой техники, осуществление ремонта". Судебная коллегия ВС РФ не выяснила, какая доля заработной платы Фаркова Н.В. шла на погашение данного потребительского кредита.

Учитывая найденные грубейшие ошибки в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, считаю, что в данном случае было крайне необходимо суду не ссылаться на "Согласно пункту 4 брачного договора все имущественные права и обязанности супругов, приобретенные ими в период совместного брака, как в период брака, так и в случае расторжения брака - признаются собственностью того супруга, на чье имя приобретено имущество", а основываясь на своем же определении ВС РФ № 78-КГ20-23-КЗ изменить квалификацию правоотношений, выйдя за рамки и пределы исковых требований сторон, а также распределить обязанности по доказыванию этих обстоятельств с целью справедливого и законного решения спора. Другими словами, в процессе важно было определить:

1. Что за квартира была до брака у Фаркова А.В.?

2. Какую квартиру Фарков А.В. продал, чтобы Фаркова Н.В. закрыла кредит на сумму 2 250 000 руб.?

3. Почему Фарков А.В. стал поручителем по кредиту Фарковой Н.В. на сумму 2 250 000 руб.?

4. Сопоставимы и соизмеримы ли платежи по кредиту на сумму 2 250 000 руб. и потребительскому кредиту Фарковой Н.В. на сумму 750 000 руб. ее официальным доходам?

5. Какое имущество и какие активы имел до брака Фарков А.В. и какие активы у него остались после расторжения брака? (То же самое по Фарковой Н.В., чтобы понять, не произошло ли обогащение одного супруга за счет другого после развода, тем самым поставив вопрос по ст. 44 СК РФ.).

6. Почему брачный договор был заключен 12 апреля 2013 г., семейные отношения прекращены 17 мая 2013 г. уже через 45 дней? Кто явился выигрышной стороной брачного договора с материальной точки зрения, а кто - в крайне неблагоприятном положении?

7. Связан ли развод супругов с закрытием двух кредитный договоров на сумму 2 250 000 руб. и на сумму 750 000 руб.? Кредиты остались или они погашены?

8. Не являются ли действия Фарковой Н.В. введением в заблуждение своего супруга, завладение его деньгами с целью их присвоения путем заключения брачного договора и скоропалительного развода? Можно ли квалифицировать действия Фарковой Н.В. по п.4 ст. 159 УК "Мошенничество" и ст. 1102 ГК РФ "Неосновательное обогащение"?

9. Не является ли подписание крайне не выгодного для себя брачного договора за 45 дней до развода инвалидом Фарковым А.В. следствием применения к нему угроз, насилия, шантажа, угроз, давления, запугивания?

10. Провели ли суды достаточное исследование обстоятельств дела, были ли приглашены свидетели, проведены экспертизы здоровья и психики инвалида Фаркова А.В.?

В п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда от 24 июня 2008 г. № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» сказано:

"При определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела.

Поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судьей вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дел".

В п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сказано:

"Статьей 12 ГК РФ предусмотрен перечень способов защиты гражданских прав. Иные способы защиты гражданских прав могут быть установлены законом.

Если при принятии искового заявления суд придет к выводу о том, что избранный истцом способ защиты права не может обеспечить его восстановление, данное обстоятельство не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения либо оставления без движения. В соответствии со статьей 148 ГПК РФ или статьей 133 АПК РФ на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд выносит на обсуждение вопрос о юридической квалификации правоотношения для определения того, какие нормы права подлежат применению при разрешении спора.

По смыслу части 1 статьи 196 ГПК РФ или части 1 статьи 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования".

Таким образом, по моему мнению, Коллегия ВС РФ своим определением от 24 мая 2016 г. N 18-КГ16-10 не только не вышла за пределы заявленных истцом требований с целью объективной оценки решений нижестоящих судов по данному делу, но и вероятно, значительно ухудшила материальное положение Фаркова А.В., ставя его своим ограниченным решением в крайне неблагоприятное положение, ибо данный случай как раз и подпадает под действие п.2 ст. 44 СК РФ и требует рассмотрения данного дела по ст. 39 СК РФ "Определение долей при разделе общего имущества супругов", где все нажитое в браке делится по принципу "1/2".

Дело семьи Блохиных № 2-762/2019

Фабула, кратко:

"Блохина М.А. (фамилия изменена на Панкратову) обратилась в Калининский районный суд г. Санкт-Петербурга с иском к Блохину П.П. о признании брачного договора недействительным и разделе совместно нажитого имущества, сославшись на то, что стороны с 25 июня 1999 г. состояли в зарегистрированном браке. 25 июля 2017 г. решением мирового судьи судебного участка N 44 г. Санкт-Петербурга брак расторгнут. В период брака истец занималась воспитанием совместных детей и домашним хозяйством, Блохин П.П., занимаясь бизнесом, материально обеспечивал семью. До вступления сторон в брак 23 июня 1999 г. между ними был заключен брачный договор, условия которого, по утверждению истца, ставят ее в крайне неблагоприятное положение, поскольку все совместно нажитое в браке имущество остается в собственности ответчика, так как зарегистрировано на его имя. Таким образом, как полагает истец, она и ее несовершеннолетние дети после расторжения брака ввиду реализации условий брачного договора полностью лишены всего нажитого сторонами в браке имущества, в том числе, жилого помещения.

Истец просила суд признать недействительным брачный договор от 23 июня 1999 г. и произвести раздел совместно нажитого имущества".

Очень важное замечание: в отличие от прошлого дела, супруги Блохины заключили брачный договор 23 июня 1999 г., а вступили в брак уже 25 июня 1999 г., т.е. спустя 2 дня. Не за 45 дней до развода, после всех финансовых операций (и, на мой взгляд, махинаций), а вообще до брака. Однако, как мы увидим из решения Судебной Коллегии ВС РФ это не имело никакого значения.

"В брачном договоре содержатся следующие условия:

1. имущество, нажитое во время брака, добрачное имущество сторон, а также имущество, полученное супругами в дар или в порядке наследования, является во время брака раздельной собственностью супругов. Добрачное имущество Блохина П.П., а именно: квартиры N <...> по адресу: г. <...>, автомобиль марки Тойота Карина, государственный регистрационный знак <...>, уставный капитал в обществах, участником которых он является или будет являться; акции, векселя, ценные бумаги, денежные средства на банковских счетах, положенные на имя Блохина П.П., как в рублях, так и в валюте, в случае расторжения брака являются собственностью Блохина П.П.;

2. имущество, принадлежащее одному из супругов до брака, или приобретенное во время брака на имя одного из супругов, не может быть признано совместной собственностью супругов на том основании, что во время брака за счет общего имущества супругов или личного имущества другого супруга были произведены вложения, значительно увеличившие стоимость этого имущества, при этом второй супруг не имеет права на пропорциональное возмещение стоимости произведенных вложений;

3. доходы в денежной форме, получаемые супругами во время брака, признаются собственностью того из супругов, который получает указанные доходы; в случае приобретения супругами во время брака недвижимого имущества, а также иного имущества, подлежащего регистрации, указанное имущество будет оформляться в собственность того из супругов, за счет средств которого приобретено данное имущество. В случае приобретения супругами во время брака недвижимого имущества, а также иного имущества, подлежащего государственной регистрации за счет совместных средств супругов, указанное имущество будет оформляться в общую долевую собственность супругов соразмерно вложенным средствам;

4. В случае расторжения брака супругами по любым основаниям на добрачное имущество, а также на нажитое во время брака имущество, находящееся в раздельной собственности, распространяется режим раздельной собственности супругов; на имущество, приобретенное в общую долевую собственность, распространяется режим общей долевой собственности;

Брачным договором определены особенности правового режима отдельных видов имущества. В частности, банковские вклады, а также проценты по ним, сделанные супругами во время брака, являются во время брака и в случае расторжения его собственностью того из супругов, на имя которого они сделаны; доли в имуществе и доходах коммерческих организаций, приобретенные во время брака, в случае его расторжения являются собственностью того супругов, на имя которого оформлены указанные доли и т.д.".

Когда же Блохины развелись? "25 июля 2017 г. решением мирового судьи судебного участка N 44 г. Санкт-Петербурга, вступившим в законную силу 25 августа 2017 г., брак между сторонами расторгнут, в связи с чем отделом ЗАГС Калининского района г. Санкт-Петербурга выдано свидетельство о расторжении брака.".

А развелись Блохины спустя 6605 дней, или 18 лет и 1 месяц.

Первая инстанция. Решением Калининского районного суда г. Санкт-Петербурга от 19 февраля 2019 г отказано истцу.

Вторая инстанция. Оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 19 июня 2019 г., в удовлетворении исковых требований отказано.

Кассация. Панкратовой М.А. подана кассационная жалоба, в которой ставится вопрос о ее передаче с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены обжалуемых судебных постановлений.

Анализ. Общий счет сторон по делу пока что 0:3 в пользу ответчика Блохина. П.П.

Коллегия ВС РФ. А вот в этом случае решение Коллегии в очень похожем деле прямо противоположно. Вместо того, чтобы по аналогии с предыдущим делом опираться на п. 1 статьи 42 СК РФ и утверждать, что "брачный договор является основанием для возникновения, изменения и прекращения прав и обязанностей супругов в отношении их совместной собственности", сослаться на п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака" в доказательство того, что споры об имуществе решаются на основании условий брачного договора, новое дело рассмотрено Судебной коллегией ВС РФ совершенно под другим углом.

По сути, Pacta sunt servanda, брачный договор был исполнен, супруга осталась жить с детьми в квартире, которая досталась ей от родителей, т.е. не была брошена на произвол судьбы. С точки зрения ст. 421 ГК РФ "Свобода договора" брачный договор определил правила раздела имущества. Но что-то пошло не так и Судебная коллегия ВС РФ, на мой взгляд, на столько далеко вышла за пределы заявленных истцом требований, что таким решением поставила под сомнение существование института брачного договора в целом, как режима изменения имущества супругов.

В своем рассуждении Судебная Коллегия ВС РФ опиралась пункт 1 статьи 33 СК РФ, статьи 40, 41 СК РФ, п. 1 ст. 42 СК РФ, п. 2 ст. 44 СК РФ, п. 3 ст. 43 СК РФ, классически на п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", другими словами ВСЕМ АРСЕНАЛОМ СТАТЕЙ СК РФ, что и в предыдущем деле, но с совершенно другими задачами, а именно - признать в ходе разбирательства брачный договор недействительным.

Критика определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 26 мая 2020 г. N 78-КГ20-14.

В мотивировочной части своего решения Судебная коллегия ссылается на ст. 67 ГПК РФ «Оценка доказательств» и  ст. 71 ГПК РФ «Письменные доказательства». Создается впечатление, что в решении предыдущего дела Судебная коллегия оценивала доказательства вообще и именно какое-то исследование и оценка доказательств в данном деле № 2-762/2019 являются поворотным моментом, которое дает право признать брачный договор недействительным, а положение истца - крайне неблагоприятным.

"Реализация супругами права по определению режима имущества и распоряжения общим имуществом путем заключения брачного договора не должна ставить одного из супругов в крайне неблагоприятное положение, например вследствие существенной непропорциональности долей в общем имуществе либо лишения одного из супругов полностью права на имущество, нажитое в период брака"  - рассуждает Судебная коллегия.

Здесь мы видим рассуждение судей на предмет п. 1 статьи 33 СК РФ "Понятие законного режима имущества супругов" и ст. 39 СК РФ "Определение долей при разделе общего имущества супругов", но никак не рассуждение по поводу статей 40-44 СК РФ.

"Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что допущенные судами нарушения норм материального и процессуального права являются существенными, они повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов Исаева Е.В., в связи с чем решение Калининского районного суда г. Санкт-Петербурга от 19 февраля 2019 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 19 июня 2019 г. подлежат отмене, а дело направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции". Я уверен вот на этом месте ответчик Блохина П.П. не то что вздрогнул, но и потерял сознание.

Во-первых, не понятно откуда в деле появляется Исаев Е.В., видимо это опечатка, помощник судьи копировал откуда-то данные и решение делалось "на колене", в суете, а следовательно, без должного внимания и ответственности.

Во-вторых, Судебная коллегия не расшифровала, какие именно, по их мнению, нарушения норм материального и процессуального права нижестоящих судов являются существенными, как они на самом деле повлияли на исход дела и какие права истицы были нарушены, ведь повторюсь еще раз, Судебная коллегия ВС РФ ссылается на те же нормы права, что и нижестоящие суды, и на нормы права предыдущего дела, когда брачный договор "устоял".

Таким образом, по не понятным нам причинам Судебная коллегия ВС РФ создала сильнейший прецедент признания незаконным раздела имущества граждан по режиму, указанному в ст. 40-44 СК РФ, публично показав всему юридическому, адвокатскому сообществу, что такой институт, как брачный договор, не имеет юридической силы и при исковом заявлении истца может быть признан незаконным и к в вопросу о разделе имущества будет применен пункт 1 статьи 33 СК РФ "Понятие законного режима имущества супругов" и ст. 39 СК РФ "Определение долей при разделе общего имущества супругов", где все нажитое в браке делится по принципу "1/2". Еще больше меня волнует решение суда первой инстанции, которое в нормах закона пункт 1 статьи 33 СК РФ, статьи 40, 41 СК РФ, п. 1 ст. 42 СК РФ, п. 2 ст. 44 СК РФ, п. 3 ст. 43 СК РФ, а так же на п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака" будет принимать теперь совершенно диаметральное решение.

Где собака зарыта? Вопросы к законодателю.

1. Зачем нужен институт брачного договора (ст. 40-44  СК РФ) с мнимой "свободой договора" (ст. 421 ГК РФ), если суды в вопросах раздела имущества уже на протяжении почти четверти века все равно ориентируются на п. 1 статьи 33 СК РФ "Понятие законного режима имущества супругов" и ст. 39 СК РФ "Определение долей при разделе общего имущества супругов", где все нажитое в браке делится по принципу "1/2", при этом ссылаясь все еще на архаичное Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 N 15 (ред. от 06.02.2007) "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", которому уже 24 года от роду?

2. Каким образом законодатель собирается устранить это противоречие, при котором суды в своих решениях о разделе имущества вольны то опираться на ст. 40 СК РФ, то на 33 и 39 СК РФ + пресловутый Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 N 15, дабы прекратить подобные правовые качели в судах, влекущие "вышкуривание" доверителей своими легитаторами, дерущимися как бультерьеры в кровь на благо и за деньги своих клиентов, изображая вовлеченность и сочувствие?

Как следствие такой правовой неопределенности мы видим растущую статистику разводов, нежелание состоятельных и обеспеченных людей (как мужчин, так и женщин) создавать семью, производя на свет своих потомков, лишенных полноценной и счастливой семьи с царящим внутри нее доверием, о чем так эпатажно заявлял наш глубокоуважаемый В.В. Путин?

Римское право встает на защиту имущества в браке.

Если бы сейчас жили в Древнем Риме, то проблем с брачным договором ни у кого не бы.

В эпоху Рима брачного договора не существовало. Это не значит, что вопрос с имуществом мужа и жены не решался. Он решался куда эффективнее, чем это происходит сейчас.

Нужно отметить тот факт, что в каждом роду был домовладелец, например дед, который условно говоря мог дать разрешение внуку на вступление в брак, не смотря на то, что у жениха был отец. Все родственники жили в одном доме, тип родства вначале был юридический, в более позднее время - кровный. Жениху в данном случае дед выделял некий актив, выраженный в земле, скоте, деньгах, который назывался "пекулий", коим жених до определенного разрешения деда мог лишь пользоваться, но не распоряжаться. Поэтому отсудить его при разводе с женой, если дед, а потом и отец, были живы, было невозможно. Это положение защищало род от разорения, глупостей молодых мужчин и женщин "пройдох", «приживалок» и "куртизинок". К браку было весьма серьезное отношение с материальной точки зрения и, кроме того, серьезным препятствием к браку было и отношение жениха и невесты к разным слоям общества. Одним словом, сын банкира не мог жениться на "бьюти – блогерше". Это второй элемент защиты родового капитала.

Будем различать два типа семьи в Риме.

Патриархальная семья, правильный брак cum manu mariti. В этот период приданое невесты (dos) смешивалось с пекулием мужа. Напомню что титульный (оригинарный владелец) пекулием был не муж, он был фактически лишь держателем этого актива. Другими словами, муж мог стричь овец, выращивать плоды на поле, но не продавать их.

Развестись было довольно сложно, были весьма тяжелые последствия для женщин. Однако во все эпохи, и что мне очень импонирует, муж относился к жене как к дочери (filiae locum optinet), что означало бережное и заботливое отношение к ней, которому может позавидовать любая современная женщина. Это значит, что ее не заставляли ходить на работу к 8 утра, мыть полы и готовить еду, на это были рабы.

1. При разводе с плохими последствиями (divorium cum damno), когда это была инициатива жены, свое приданое она не получала обратно и могла быть выслана из страны. Высылка означала потерю гражданства, всех прав, в том числе и права в Риме выйти замуж вновь. Кстати говоря, великолепный сдерживающий фактор для тех сегодня, кто семью и брак считает развлечением! Представьте себе, что те, кто якобы разлюбил, ошибся, не сошелся характером - привозились бы к границе с какой-нибудь Латвией или Румынией, у них бы отбирался паспорт и въезд в Россию был бы запрещен. Зная о таких последствиях многие молодые люди были бы весьма осмотрительны в принятии решения создать семью.

2. При разводе без последствий (divorium sine damno) таких жутких событий не наступало, но принять такое решение мог только мужчина. При Юстиниане развод по обоюдному согласию был запрещен. К сожалению в эту эпоху жена не получала свое приданое, считаю это большим упущением закона того времени. Развод по воле женщины (divortium bona gratia) имел место быть лишь в том случае, когда муж становился импотентом, уходил в монастырь, поднимал руку на жену или совершал что-то мерзкое и ужасное. Так женщина обретала свободу и могла законно выйти замуж второй раз, сохраняя свое гражданство и права.

С развитием свобод и реформ в Риме женщине были даны большие права, она уже имела право делать покупки на свое имя и титульно (оригинарно) владеть ими.

Наступила эпоха "неправильного брака", или простого соглашение сторон sine manu, при котором мужчина приравнивался к женщине, слыл подкаблучником и не был вхож в определенные слои общества. От сожительства (concubinatus) отличался affectio maritalis, намерением основать римскую семью и завести детей. Дети обязаны были подчиняться отцу. Супруги могли развестись в любой момент, приданое при браке не смешивалось с имуществом мужа, муж мог только распоряжаться приданым (фактическое держание), но не продавать его. При измене потерпевшая сторона могла забрать свою часть активов и выйти из брака. В этом случае, как и при одностороннем желании мужа развестись, супруг выплачивал штраф жене. Брак могли прекратить оба супруга по взаимному согласию или каждый супруг в отдельности.

Этот момент мне тоже очень нравится, потому что тот, кто разводится, обязан не только вернуть то, с чем пришел в брак партнер, но и выплатить компенсацию.

Существовало еще два вида сожительства: римлян с римлянами (matrimonium justum) и римлян с плебеями (конкубиат, concubinatus). Дети последней версии сожительства не подчинялись отцу (что довольно частое явление в нашей своевременно жизни), а в первом случае партнеры старались не заводить детей и чаще это была форма легализации отношений женатых мужчин с любовницами. Позднее matrimonium justum распространился на сожительства с плебеями и их пытались приравнять к законному браку, то есть до lex Canuleia. В обоих видах сожительства женщины не подчинялись мужчинам.

К чему привели оба вида сожительства римлян с плебеями (matrimonium justum и concubinatus) и "неправильный брак" (sine manu)?

К падению рождаемости (сейчас в России смертность выше рождаемости на 1 млн. человек, такого не было с 1945 года), к разврату общества, падению традиций, уважению к старейшинам и роду. Попытки Императора Августа ввести жесткие меры для спасения брака - жесткие наказания за прелюбодеяния (relegatio), развод без основательной причины (sine justa causa) карался большими штрафами, разводы без повода влекли за собой запреты на изъятие приданого и штрафы со стороны мужчин в пользу жены (donatio propter nuptias), введение ограничений на вступление во второй брак, траурные периоды на 10 месяцев после развода и т.д.

Что можно применить из вышесказанного в Семейном кодексе с целью укрепить и сохранить брак?

1. Отменить институт брачного договора по причине не однозначного и противоречивого толкования норм статей ст. 40-44 СК РФ даже в Судебной коллегии ВС РФ. Как показывает судебная практика, этот специальный инструмент раздела общего имущества для сторон договора крайне не эффективен, последствия заключения таких договоров не предсказуемы и единственные, кто всегда точно останутся в выигрыше - это нотариусы, юристы, адвокаты и суды. Можно сразу сказать, что подписывая брачный договор, стороны создают рабочие места, на чем полезность данного документа исчерпывается.

2. Отменить норму закона 33 СК РФ "Понятие законного режима имущества супругов" и ст. 39 СК РФ "Определение долей при разделе общего имущества супругов", заменив их другими, более логичными нормами, которые просты и понятны, однозначно трактуются.

3. Общим имуществом определить сумму денежных средств или иных активов, который брачующиеся должны соединить в общий «семейный капитал» в равных долях. Именно этот «семейный капитал» в последствии и будет делиться в случае развода.  Другими словами, у одной стороны есть один миллион рублей и другая сторона добавляет так же один миллион рублей из своего актива, и вот весь раздел имущества будет крутиться вокруг этих двух долей по миллиону с каждой стороны.

4. Вести раздельный порядок учета имущества и активов, нажитый в браке, который не подлежит разделу.

5. Обязать мужчин относиться к женам как к "своим дочерям", а именно - обеспечивать их всем необходимым (едой, питанием, одеждой, лекарствами и т.п.) и ежемесячным пособием на сумму, не менее 1 МРОТ.

Метода «неоаналогии»  права.

Такого способа решения спорных ситуаций в суде пока в истории цивилистики пока не существует. Однако придумать его было не сложно: для рассмотренных нами примеров дела семьи Блохиных № 2-762/2019 и дела семьи Фарковых № N 2-289/17 Судебные коллегии ВС РФ при схожих случаях абсолютно по-разному на основании абсолютно одних норм права, а именно: пункта 1 статьи 33 СК РФ, статей 40, 41 СК РФ, п. 1 ст. 42 СК РФ, п. 2 ст. 44 СК РФ, п. 3 ст. 43 СК РФ, классической ссылки на п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", принимают абсолютно разные решение. Это казуистика, а не юриспруденция.

Как иначе посмотреть на споры в суде относительно режима раздела имущества?  Мы не можем использовать метод аналогии права, потому что ст. 6 ГК РФ разрешает рассматривать споры данным методом, если институт брачного договора или институт раздела имущества не существовал бы.

ГК РФ Статья 6. Применение гражданского законодательства по аналогии

1. В случаях, когда предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 2 настоящего Кодекса отношения прямо не урегулированы законодательством или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычай, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, применяется гражданское законодательство, регулирующее сходные отношения (аналогия закона).

Однако п. 2 ст. 6 ГК РФ разрешает нам в таком случае, на основании начал и смысла гражданского законодательства, продолжить искать решение той коллизии, которую создают сегодня суды в спорных вопросах о разделе имущества супругами. И я предлагаю назвать такой метод «неоаналогией права».

Знаете, что нужно сделать мухе, которая бьется о стекло и не может найти открытую форточку, чтобы вылететь на улицу? Отлететь на достаточное расстояние от окна, дабы увидеть эту самую форточку. Вот этим и будет заниматься метод "неоаналогии права".

А действует этот метод так: давайте представим, что не существует главы 7 и главы 8 в Семейном кодексе РФ. Вот так произошло, что эти главы изъяты из правового оборота и нам, как судьям, предстоит разделить имущество супругов при разводе.

Что мы будем делать? Всё верно, будем опираться на п.1 ст. 6 ГК РФ. И куда мы пойдем? Тоже верно, к ФЗ № 14 «Об обществах с ограниченной ответственностью», ну а точнее – к п. 2 ст. 14 ФЗ:

Статья 14. Уставный капитал общества. Доли в уставном капитале общества

2. Размер доли участника общества в уставном капитале общества определяется в процентах или в виде дроби. Размер доли участника общества должен соответствовать соотношению номинальной стоимости его доли и уставного капитала общества. Действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

Что мы получим? Что семья есть некая аналогия ООО и каждый из супругов должен официально внести чем-то измеримым в «семейный капитал» свою лепту и зафиксировать свою долю договором, простой письменной формой, заверенной, к примеру, у нотариуса.

Кроме того, у нас получается аналогия и с Римским правом, именно такой учет приданого вели в двух типах браков: cum manu и sine manu. Идем дальше.

Мы узнаем из документов, предоставленных истцом, который хочет выйти из брачных отношений, что за весь период брака он внес на покупку общего автомобиля 1 миллион рублей и на покупку загородного дома еще 1 миллион рублей. А всего общее имущество оценено на 300 миллионов рублей. Какую дальше норму закона мы смотрим? Всё верно, п. 1 ст. 26 ФЗ № 14:

Статья 26. Выход участника общества из общества

1. Участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества. Заявление участника общества о выходе из общества должно быть нотариально удостоверено по правилам, предусмотренным законодательством о нотариате для удостоверения сделок.

Посмотрите теперь, как все просто, уважаемые судьи, господа юристы и стороны процесса!

И в голову не придет слышать всякую ересь одной из сторон о том, что мол я вот за коммунальные платил(а) и поэтому я делал(а) вклад в общее имущество, а я вот дома сидел(а) по уходу за детьми и был мой вклад в общее имущество, поэтому я хочу теперь 150 миллионов, а не два!

Любой человек скажет, что это маразм, просить при вложении двух миллионов целых сто пятьдесят? Только в финансовой пирамиде можно так круто подняться или в какой-нибудь мошеннической схеме! А теперь стоп.

Получается, что существующие главы 7 и главы 8 в Семейном кодексе РФ и есть правовые основы для финансовых пирамид и мошеннических схем в Семейном кодексе, а те, кто заложили эти главы – Мавроди и иже с ним. Почему? Да потому что не должен никто, войдя в правовые отношения, в уставной капитал ООО, в семью с голой задницей, выходить из проекта «семья» с квартирой, дачей и машиной. Кто с чем пришёл – тот с тем и выходит. Но судя по практике наших судов, нашего семейного законодательства – вполне возможно.

Критика позиции Конституционного суда РФ от 21 июня 2011 г. № 779-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Арбузовой Валентины Павловны на нарушение ее конституционных прав пунктом 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации»

В решении проблем, связанных с институтом брачного договора стала ещё более не понятна позиция КС РФ в том, что такое "крайне неблагоприятное положение".

А дело вот в чем. Некая  В.П. Арбузова попросила пояснить законность такой формулировки в пункте 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации.

"По мнению заявительницы, оспариваемая норма противоречит статьям 15 (часть 4), 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации и статье 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, поскольку является неопределенной и не позволяет установить, какие именно условия брачного договора могут поставить супруга в крайне неблагоприятное положение, являющееся основанием для признания такого договора недействительным."

КС РФ ответил:

"Формулировка «условия договора, ставящие одного из супругов в крайне неблагоприятное положение» не свидетельствует о неопределенности содержания данной нормы: разнообразие обстоятельств, оказывающих влияние на имущественное положение супругов, делает невозможным установление их исчерпывающего перечня в законе"

"Делает невозможным установление их исчерпывающего перечня в законе"! Серьезно? Да и попытки не было создать этот перечень. У народов севера есть более 15 описаний состояния снега и им, как охотникам и оленеводам, кочевникам, все эти определения понятны и от точности определения подчас зависит их жизнь. Что мешает КС РФ отменить норму закона, где нет исчерпывающего перечня – не понятно? Идем дальше.

«Вопрос же о том, ставят ли условия конкретного брачного договора одну из сторон в крайне неблагоприятное положение, разрешается в каждом случае судом с учетом конкретных обстоятельств. При этом, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, судья принимает решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения».

Ну получается, что судья, опираясь на чудесную статью ст. 67 ГПК РФ «Оценка доказательств», всегда «по своему усмотрению» качнет маятник принятия решения из-за симпатии к одной из сторон спора? Получается, кто в суде больше ревет навзрыд, хуже одет - тот в глазах судьи и оказался в «крайне неблагоприятное положении»?

Если мы добавим в нашу копилку исследуемых решений судов по спорам по брачному договору еще и  апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 16 января 2018 г. N 33-681/2018(33-27154/2017), апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 12 сентября 2017 г. N 33-18893/2017, Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 20.12.2016 N 5-КГ16-174, то картина везде будет однотипной: у судей нет не только «исчерпывающего перечня в законе», но даже наоборот: на лицо общее судейское не понимание того, что считать «крайне неблагоприятное положением» одной из сторон в суде!

Я надеюсь теперь понятно, что в решении подобных вопросов наиболее эффективен не метод отписок КС РФ, а  метод "неоаналогии закона"?

Заключение.

1. Удивительное дело, вместо того, чтобы все уровни судов однозначно трактовали нормы права, создавая у юристов, обоих сторон в суде и граждан в целом понимание гармонии и симфоничности (в начале статьи я не случайно привел в пример стройность всех книг Библии) российского законодательства, даже Верховные суды определяют, будет закон работать в той форме, как он написан или нет, и это весьма похоже на то, как хвост виляет собакой.

2. Мне пришла идея способа проверки "симфоничности" и гармонии существующих законодательных норм методом исключения – "неоаналогии права", чтобы посмотреть, какие иные правовые нормы будут работать и если аналоговая норма закона работает более логично и эффективно, то исследуемую и временно исключаемую норму закона требуется срочно изменить, дополнить или отказаться от неё.

Другими словами, если при разводе есть сомнения, чем руководствоваться - статьями 40-44 СК РФ или статьями 33 и 39 СК РФ, то нужно переходить на метод аналогии права и делить имущество и определять в них доли супругов, как это принято в юридических лицах. Тогда мы получим свежий, простой и понятный взгляд и судебный спор легко разрешится.

3. Вот так,  на мой взгляд,  должна стимулироваться полная семья в России и гораздо менее  те, кто живет в сожительствах или развелись без причины. А пока у нас все наоборот:  государство, активно поддерживая одиноких женщин с детьми, делает проект полной семьи не привлекательным, а инструменты и способы раздела имущества – соблазном для «предпринимательства», направленные на то, чтобы женщины наживались на институте брака.

4. Возвращаясь к теме доклада надо отметить, что все виды разделов совместно нажитого имущества и брачные договоры в том числе, являются по факту деструктивными нормами закона для института семьи и общества, вызывают, с одной стороны - нежелание создавать семью с риском потерять свое материальное благополучие (для состоятельной стороны брака), с другой стороны - поощряют рост числа браков по расчету, брачных аферистов и аферисток, которые с помощью этих законодательных норм нивелируют ценность семьи и институт брака в целом и ставят первую сторону в весьма зависимое, неопределенное и уязвимое положение по отношению к закону.

Автор: Дмитриева Алла

Расторгуева Анастасия Алексеевна,

аспирант Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации.

Раздел имущества супругов представляет собой определенную последовательность действий, в котором каждый этап имеет свои особенности. Первым шагом является определение долей в составе совместно нажитого имущества супругов. Такое определение обусловлено условиями, указанными в законодательстве РФ.

A division of property of the married couples is a certain sequence of executions, in which every stage has the features. The first step is determination of stakes in composition the jointly acquired property of the married couples. Such determination is conditioned by terms, indicated in the legislation of Russian FEDERATION.

Ключевые слова: раздел, совместно нажитое имущество, доля в праве общей совместной собственности, интересы несовершеннолетних детей, интересы супруга.

Keywords: division, jointly acquired property, stake in the right of general joint ownership, interests of minor children, interests of spouse.

Регулирование раздела общего имущества супругов, при отсутствии брачного договора, осуществляется, в основном, ст. 38 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ)1. Положения данной семейно-правовой нормы основаны на гражданско-правовых положениях о разделе имущества.

Раздел общего имущества должен осуществляться как по нормам семейного, так и гражданского законодательства, к примеру ст. 254 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)2, предусматривающая раздел и выдел доли.

Представляется неверным, распространять оба способа раздела, указанные в п. 1 ст. 254 ГК РФ в отношении раздела супружеского общего имущества. Выдел доли применим только к тем случаям, когда сособственников более чем двое (как это возможно в отношении крестьянского (фермерского) хозяйства). И определение долей всех с последующим выделом доли в натуре определенного имущества для одного из них не нарушит общей собственности, она сохранится. Это невозможно для супружеской собственности, поскольку 3-го лица в браке не существует (по крайней мере, официально). Следовательно, к семейно-правовым имущественным отношениям ст. 254 ГК РФ не применяется в части возможности раздела общего имущества между участниками совместной собственности путем выдела доли одного из них. Но, в обязательном порядке, согласно данной норме ГК РФ, предварительно должны быть определены доли каждого сособственника в праве на общее имущество.

Законодатель ввел презумпцию равенства долей. Но, поскольку это положение является презюмирующим, то супруги вправе отступить от принципа равенства и установить свои размеры долей.

Подобное положение зафиксировано в ст. 39 СК РФ. П. 2 этой статьи предлагает примерный перечень оснований, позволяющий определить не равное, но иное определение долей супругов. Условно данные основания можно разделить на две группы:

- первая группа связана с интересами несовершеннолетних детей,

- вторая группа основана на заслуживающих внимание интересов одного из супругов. В качестве таких интересов, которые заслуживают внимание, законодатель указывает действия другого супруга - если другой супруг не получал доходов по неуважительным причинам или расходовал общее имущество супругов в ущерб интересам семьи и иные обстоятельства.

Рассмотрим более подробно указанные группы.

При указании на интересы несовершеннолетних детей, законодатель не установил необходимость, чтобы это были общие дети супругов. Возможность такого толкования предоставлена иными нормами семейного законодательства. В случаях, когда законодатель указывает на необходимость построения правовой связи между родителями (мать и отец) и их общими детьми, то это определяется в правовой норме. К примеру, статья 80 СК РФ, устанавливающая алиментные обязанности родителей по отношению к несовершеннолетним детям, определяют данных детей к родителям как «свои»:

«1. Родители обязаны содержать своих (курсив авт.) несовершеннолетних детей. Порядок и форма предоставления содержания несовершеннолетним детям определяются родителями самостоятельно.

Родители вправе заключить соглашение о содержании своих (курсив авт.) несовершеннолетних детей (соглашение об уплате алиментов) в соответствии с главой 16 настоящего Кодекса.

2. В случае, если родители не предоставляют содержание своим (курсив авт.) несовершеннолетним детям, средства на содержание несовершеннолетних детей (алименты) взыскиваются с родителей в судебном порядке.»

Равно как и понятие «родители» используются только в отношении обоих супругов, которые в установленном порядке признаны отцом и матерью ребенка (детей).

Следовательно, при разделе супружеского имущества могут быть приняты во внимание интересы несовершеннолетнего ребенка (детей), находящегося в правовой родительской связи с одним из супругов, а второй супруг приходится ребенку (детям) отчимом или мачехой.

Следует также определить, в каком случае при разделе имущества супругов, нужно учитывать интересы несовершеннолетних детей. Что формирует имущественные обязанности родителей по отношению к детям? Алиментные обязательства. Наличие алиментных обязательств родителей по отношению к несовершеннолетним детям не определяется каким-то фиксированным минимумом количества и стоимости имущества, независимо от определенной доли в составе общего имущества. Вероятно, данная связь интересов ребенка и определяемой доли одного из супругов в общей совместной собственности обусловлена необходимостью сохранить те вещи и иные материальные блага, к которым ребенок привык и которые составляют его обычную домашнюю обстановку. Исчезновение из жизни ребенка привычной окружающей действительности, которая формируется также посредством привычных вещей, может вызвать и проблемы психологического характера и проблемы недостаточности имущественного обеспечения. В силу этого, говорить о том, что должны учитываться интересы ребенка именно имущественного характера, не совсем верно. Так, И.В. Самсонова указывает, что «Здесь следует учитывать то, что речь идет об имущественных правах супругов и под интересами в п. 2 ст. 39 СК РФ подразумеваются именно имущественные интересы..»3. Кроме того, некоторые исследователи, указывая на имущественный характер интересов, принимают за основу деление субъективных прав в частном праве на: имущественные и личные неимущественные. Однако законодатель в п. 2 ст. 39 СК РФ указывает именно на интересы детей, но не на права. Правовые категории «право» и «интерес» имеют много общих черт, но все же являются разными правовыми явлениями.

Так, в науке гражданского права проводятся следующие различия между правом и интересом:

«- в законных интересах опосредствуются стремления, которые право не успело "перевести" в субъективные права в связи с быстро развивающимися общественными отношениями и которые нельзя типизировать в связи с их индивидуальностью, редкостью, случайностью;

- в законных интересах отражаются менее значимые и существенные по сравнению с субъективными правами потребности;

- законные интересы в большинстве своем формально в законодательстве не закреплены, не имеют четкой системы, менее конкретны, определенны по сравнению с субъективными правами;

- в законных интересах опосредствуются те запросы, которые нельзя еще обеспечить материально в той же мере, как субъективные права;

- законные интересы менее гарантированны, чем субъективные права».4

В основе возникновения интереса лежит определенная потребность лица в достижении, получении чего-либо. В силу этого потребность, как некая движущая сила, есть и причина возникновения интереса и собственно цель данного интереса. Но в отличие от субъективного права, интересу не противостоит определенное, должное поведение конкретного субъекта, а лишь публичная, неопределенная в своем содержании по указанию конкретного действия обязанность – не нарушать определенный законом интерес субъектов. Поэтому интерес ребенка не может быть обеспечен конкретным действием со стороны одного из родителей, но только необходимостью уважать соответствующие интересы. В данном случае интерес несовершеннолетнего ребенка будет состоять в наличии спокойной, обеспеченной едой, одеждой, игрушками и т.п., любящей атмосферы вокруг ребенка, которая достигается как вниманием со стороны родных, так и присутствием соответствующих материальных благ. Поэтому интересы ребенка представляется собой настолько тесную взаимосвязь имущественного и личного неимущественного, что вывести из названного что-то одно на первое место невозможно.

В силу сказанного, говорить о наличии в имущественных правоотношениях (в данном случае - отношения совместной собственности супругов) только имущественных интересов несовершеннолетних детей не совсем верно и ограничивает законные возможности несовершеннолетних детей при разделе супругами своего совместно нажитого имущества.

«Неимущественный интерес может присутствовать в имущественном правоотношении и наоборот».5

В целом судебная практика по такой категории споров при определении долей супругов в совместно нажитом имуществе исходит из интересов несовершеннолетних детей. Так, в Постановлении Президиума Верховного Суда Республики Татарстан от 16 ноября 2005 г. № 44-г-359, были рассмотрены обстоятельства следующего дела.6

Гр. И-ов обратился в суд исковым требованием о разделе совместно нажитого имущества в виде квартиры. Ответчица, признав исковые требования, просила увеличить ее долю в составе данного имущества, в силу того, что их общая несовершеннолетняя дочь после развода родителей проживает совместно с ней. Исходя из интересов несовершеннолетнего ребенка, суд признал за ответчицей право собственности на 2/3 доли в данном имуществе.

Если раздел имущества осуществляется в период брака и супруги продолжают проживать совместно, то для чего необходимо учет прав детей? В данной ситуации, произведенный раздел имущества не сможет негативно сказаться на интересах ребенка (в том числе на его содержании).

Соответственно, увеличению подлежит доля одного из супругов, с кем останутся несовершеннолетний ребенок (дети), в случае если супруги не будут проживать совместно (в том числе при разводе).

Вторым обстоятельством, которое может повлиять на определение размера доли в составе общего имущества супругов, законодатель называет интересы одного из супругов, в частности, в случаях, если другой супруг не получал доходов по неуважительным причинам или расходовал общее имущество супругов в ущерб интересам семьи.

Перечень действий другого супруга дан в примерном виде и может быть дополнен исходя из конкретной ситуации. Какими же еще основаниями может быть дополнен данный перечень?

Что лежит в основе возможных дополнительный оснований? Вероятно, результат действий, совершаемых одним из супругов и цель законодателя, преследуемая им при установлении таких оснований.

При наличии двух примерных случаев, определенных законодателем, можно вывести общую составляющую – результат данных действий( бездействия) – причинение имущественного вреда интересам семьи.

Подтверждение данного вывода найдем в алиментных обязательствах супругов (бывших супругов). Ст. 92 СК РФ устанавливает основания для освобождения супруга от обязанности по содержанию другого супруга, в частности:

- если нетрудоспособность нуждающегося в помощи супруга наступила в результате злоупотребления спиртными напитками, наркотическими средствами или в результате совершения им умышленного преступления;

- в случае недостойного поведения в семье супруга, требующего выплаты алиментов.

Все указанное в данном перечне также причиняло вред (как имущественный, так и моральный) семье.

Но цель законодателя направлена на обеспечение осуществления действий со стороны каждого супруга в интересах всей семьи. Данная необходимость обусловлена соблюдением принципов семейного законодательства, определенных в ст. 1 СК РФ. Так, п. 1 ст. 1 СК РФ определяет построение семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов. Соответственно, для создания и существования семьи необходимы действия, старания со стороны обоих супругов, а не только одного, и с общей целью укрепления семейного союза.

Названные законодателем ненадлежащие действия одного из супругов (неполучение дохода по неуважительным причинам, расходование общего имущества на личные цели) безусловно, не укрепляют семью, не формируют общую имущественную базу.

Если действия направлены на разрушение брачного союза, отсутствует помощь супругов друг другу, то данные негативные действие/бездействие должно негативно сказаться и при определении доли такого супруга в составе общего имущества в сторону уменьшения.

Но возникает вопрос, можно ли в качестве оснований для уменьшения доли называть действия неимущественного характера (к примеру, наличие бытового насилия по отношению к жене). Конечно, такие действия не помогут сформировать прочный семейный союз. Вместе с тем, приведенный законодателем перечень ненадлежащих действий говорит только о поведении супруга, связанного с формированием совместно нажитого имущества:

- либо путем увеличения при содействии только одного из супругов, когда второй, не имея уважительных оснований, не получает дохода (ни трудового, ни предпринимательского). В качестве уважительных причин, когда один из супругов не получает самостоятельного дохода, сам законодатель в п.3 ст. 34 СК РФ указывает на ведение домашнего хозяйства, уход за детьми.

- либо путем уменьшения сформированного общего имущества из-за действий одного из супругов, совершаемых в ущерб интересам семьи (то есть, по крайней мере, в интересах двоих), соответственно, исключительно на личные нужды одного.

Исходя из предложенных в п. 2 ст. 39 СК РФ примеров, являющихся основанием для отступления от равенства долей при определении доли каждого супруга для учета интересов одного из них, следует сделать вывод, что такие основания (действия) должны быть имущественной направленности.

Косвенно, о возможности учета только имущественных обстоятельств, говорит также сложившаяся судебная практика, которая дополняет законодательный перечень иными основаниями. Так, в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 ноября 1998 г. N 15 указано на возможность увеличения доли супруга, который является нетрудоспособным вследствие болезни, возраста или по иным независящим от него обстоятельствам лишен возможности получать доход от трудовой деятельности.

Если определение долей в составе общего имущества супругов осуществляется в судебном порядке и, исходя из наличия конкретных имущественных обстоятельств, связанных с формированием совместно нажитого имущества одним из супругов посредством совершения неблаговидных действий (или бездействия), то суду следует привести в решении мотивы отступления от начала равенства долей супругов в их общем имуществе. Данное правило определено также в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 ноября 1998 г. N 15.

Указанные доли подлежат определению не в имуществе, а в праве общей совместной собственности. В результате такого определения происходит трансформация права общей совместной собственности на право общей долевой собственности.

Определение долей с целью последующего раздела осуществляется в отношении имущества, составляющего общую совместную собственность. Состав такого имущества определен в ст. 34 СК РФ и сформирован по признаку момента приобретения – в период брака:

- доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие).

- приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации,

- драгоценности и предметы роскоши,

- и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В состав совместно нажитого имущества, подлежащего разделу, включаются также общие долги супругов. Что есть долг ? Неисполненное обязательство. В совместном прочтении п. 3 ст. 39 СК РФ с п. 2 ст. 45 СК РФ неисполненные обязательства супругов бывают двух видов: общие и личные. Общие долги приобретают свойства таковых, если обязательство, неисполненное в пользу кредитора, возникло с участием обоих супругов совместно или одного, но в интересах семьи. Следует учитывать, что обязательства могут быть как договорными, так и внедоговорными. И независимо от основания возникновения неисполненного обязательства, но в зависимости от его субъектного состава, данное обязательство попадет в состав совместно нажитого супругами и подлежащее разделу.

В этот перечень, согласно ст. 36 СК РФ, не попадает имущество, являющееся собственностью каждого из супругов:

- имущество, принадлежавшее супругу до вступления в брак,

- имущество, полученное супругом во время брака по безвозмездной сделке (в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам), - вещи индивидуального пользования (одежда, обувь и другие),

- исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, созданный одним из супругов, принадлежит автору такого результата.

В тоже время, законодатель предусмотрел возможность трансформации права индивидуальной собственности на право общей собственности в отношении имущества при наличии следующих условий, определенных в ст. 37 СК РФ, в совокупности:

1. вложение за счет:

- общего имущества супругов, либо

- имущества каждого из супругов, либо

- за счет труда одного из супругов

в имущество, принадлежащее одному из супругов. При этом не обязательно, что вложения осуществлялись за счет всего перечисленного, достаточно наличия одного из источников вложения.

2. вложение, определенное в п. 1 настоящего перечня, значительно увеличило стоимость этого имущества.

В какое имущество могут быть произведены вложения, законодатель не определяет, давая возможность считать перечень такого имущества открытым.

Чаще всего таким имуществом выступает недвижимое - квартира, загородный дом, дача и т.д. В самом деле, если один из супругов получает, к примеру, в порядке наследования дом в деревне в весьма плачевном состоянии, а другой супруг своим трудом и за счет общих доходов проводит капитальный ремонт данного дома, что значительно увеличивает его стоимость, то справедливо считать, по сути, новый объект (созданный в порядке переработки) совместной супружеской собственностью.

Момент, с которого произошла трансформация права собственности, определяется судом исходя из изменений, которые произошли с данным конкретным предметом в связи с капитальным ремонтом, переоборудованием и т.п., а также теми вложениями другого супруга, вследствие которых стоимость этого имущества увеличилась.7

Доли могут быть сформированы как в идеальном выражении (к примеру, 1/3 и ¾), но может быть сформировано в виде указания на конкретные вещи, имущественные права.

После определения доли каждого супруга в согласованном составе совместно нажитого имущества, начинается следующий этап – собственно разделение имущества.

В зависимости от порядка формирования доли и сущности самого имущества разделение может быть проведено фактически. Такой способ разделения допускается, если доля сформирована посредством определения вещей, соответствующих стоимостной оценке доли.

Но если в составе совместно нажитого имущества находится имущество, которое по своим характеристикам является неделимой, то произвести раздел в натуре невозможно. В этом случае, в рамках определенных в идеальном выражении долей, супругам следует определить (по соглашению или в судебном порядке) – к кому из супругов перейдет данная вещь . Второму супругу можно в качестве одного из следующего можно предложить:

- денежную компенсацию, соответствующую доле супруга,

- предоставление безвозмездного права пользования неделимым имуществом, перешедшего в собственность другого супруга.

Возможен и совершенно и иной вариант. Супруги продают неделимое имущество и разделу подлежит денежная сумма, вырученная от реализации.

Соразмерно определенным доля распределяются между супругами и имущественные права и долги.

*1 - Семейный кодекс РФ// СЗ РФ 1996, N 1, Ст. 16 (с послед. изм.).

*2 - Гражданский кодекс РФ, часть первая // СЗ РФ. 1994. N 32. Ст. 3301 (с послед. изм.).

*3 - "Раздел имущества супругов: Практическое пособие"(Самсонова И.В.)Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2010. С.33

*4 - См.: Большой юридический словарь / Под ред. А.В. Малько. М., 2009; Общая теория государства и права. Академ. курс в трех томах. Т. 3. М., 2007. С. 254 - 255.

*5 - Богатырев Ф.О. Интерес в гражданском праве//"Журнал российского права", N 2, 2002. С.14

*6 - См.: Постановление Президиума Верховного Суда РТ от 16 ноября 2005 г. N 44-г-359.//Консультант Плюс

*7 - Сутягин А.В. Имущественные отношения супругов и наследование / под ред. А.В. Сутягина. М.: ГроссМедиа, РОСБУХ, 2008. С.27

Научная литература

Большой юридический словарь / Под ред. А.В. Малько. М., 2009; Общая теория государства и права. Академ. курс в трех томах. Т. 3. М., 2007. С. 254 - 255.

"Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации" (постатейный) (Головистикова А.Н., Грудцына Л.Ю., Малышев В.А., Спектор А.А.) (Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2008)

"Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации" (постатейный) (Ахметьянова З.А., Ковалькова Е.Ю., Низамиева О.Н. и др.) (отв. ред. О.Н. Низамиева) ("Проспект", 2010)

Алимова Н.А. Раздел имущества при разводе супругов: правовые вопросы // СПС КонсультантПлюс. 2009.

Альбиков И.Р. Юридическая сущность законного и договорного режимов регулирования имущественных отношений супругов // Нотариус. 2010. N 5. С. 30 - 33.

Антокольская М.В. Семейное право: Учебник. Изд-е 2-е. М., 2002.

Богатырев Ф.О. Интерес в гражданском праве//"Журнал российского права", N 2, 2002.

Самсонова И.В. Раздел имущества супругов: Практическое пособие"Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2010. С.33

Соменков С.А. Общее имущество супругов и его раздел // Законы России: опыт, анализ, практика. 2010. N 3. С. 3 - 9.

Сутягин А.В. Имущественные отношения супругов и наследование / под ред. А.В. Сутягина. М.: ГроссМедиа, РОСБУХ, 2008.

Тарусина Н.Н. Семейное право. Учеб. Пособие. М., ПРОСПЕКТ, 2001г.

Трофимец И. Имущество: правила раздела // Юридическая газета. 2011. N 17. С. 12 - 13.

Чефранова Е.А. Правовое регулирование имущественных отношений супругов. Российская юстиция, 1996, N 7.

Чефранова Е.А. Порядок и условия совершения сделок между супругами // Проблемы гражданского, семейного и жилищного законодательства: Сборник статей / отв. ред. В.Н. Литовкин. М.: ОАО Издательский дом Городец, 2005. С. 117 - 141.

Чефранова Е.А. Имущественные отношения супругов: Научно-практическое пособие. М.: Эксмо, 2008. С. 144 - 145.

Эрделевский А.М., Постатейный научно-практический комментарий Семейного кодекса Российской Федерации, Агентство (ЗАО) «Библиотечка РГ», М., 2001г.

Расторгуева Анастасия Алексеевна,

аспирант Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации.

Брачный договор достаточно новое для нашего законодательства правовое явление. Именно данный договор позволяет изменить установленный законный режим имущества супругов. Однако чтобы правильно понимать возможности этого договора, необходимо уяснить и его правовую сущность и природу.

The marriage contract is new enough legal phenomenon for our legislation. The given contract allows to change the established lawful mode of property of spouses. However, correctly to understand possibilities of this contract, it is necessary to understand both its legal essence and the nature.

Ключевые слова: брачный договор, супруги, общая совместная собственность, общая долевая собственность, раздельная собственность.

Keywords: the marriage contract, spouses, the general joint property, the general share property, the separate property.

В свое время перестройка нашего общества вызвала определенные изменения и в сфере личностного характера, в том числе и между супругами. Возможность заключения брачного договора возникла еще в 1995 году, а точнее с 1 января 1995 года. Именно с этого дня была введена в действие первая часть Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)1, в п.1 ст. 256 которого определил: « Имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества ».

Таким образом, только с этого времени у супругов появилась свобода выбора: сохранить законный режим общей совместной собственности или изменить его, заключив брачный договор, что нашло отражение в новом Семейном кодексе Российской Федерации (далее - СК РФ)2, введенном в действие с 3 марта 1996 года.

Современное российское законодательство отвело для регулирования брачного договора весьма незначительное количество правовых норм (к примеру, СК РФ посвящает договорному режиму имущества супругов в отдельной 8 главе только 5 статей – ст.ст. 40-44), в связи с чем, а также в силу отсутствия исторического опыта в данном вопросе и возникают определенные правовые пробелы, коллизии, а соответственно и вопросы.

Действующее же зарубежное законодательство уделяет контрактным отношениям супругов большее внимание.

Так, если рассматривать континентальную правовую семью, то в качестве наглядного примера возьмем Францию. Имущественным отношениям между супругами посвящено 195 статей Французского Гражданского Кодекса3 (далее - ФГК): титул книги третьей, озаглавленной «О брачном договоре и взаимных правах супругов» (ст. 1387-1581), тогда как всем прочим вопросам брака отведено только 85 статей (ст.144-228).

Согласно соответствующим нормам ФГК имущественные отношения супругов между собой, а также с третьими лицами формируются на основании закона или брачного контракта. В последнем случае при разработке условий соглашения супруги имеют значительную свободу и ограничены в целом запретом противоречить «добрым нравам». Однако содержание «добрых нравов» четко не определено. Также ст. 1388 ФГК устанавливает, что супруги не могут нарушать ни прав, которыми они обладают в силу родительской власти и опеки, ни прав, принадлежащих мужу, как главе семьи и семейной общности, ни прав, признаваемых за женой заниматься самостоятельной профессией, ни императивных постановлений закона.

Брачный контракт рассматривается во Французском Гражданском Кодексе как торжественный акт, требующий нотариальной формы и участия свидетелей (ст. 1394). О заключении брачного договора должна быть сделана соответствующая запись в брачном свидетельстве. Более того, в Гражданском кодексе Франции в части 4 статьи 1394 устанавливается императивная норма о публичности опубликования брачного договора, но в случаях, когда один из супругов является коммерсантом на момент заключения брака, либо даже когда он становится коммерсантом в дальнейшем. Помимо этого в данной норме устанавливается и санкция за её невыполнение, чего, практически, нет ни в одной из других норм, посвященных брачному договору. Если брачный договор не будет публично опубликован, то к супругу-коммерсанту будут применены те меры наказания, которые предусмотрены регламентами, относящимися к торговому реестру. Данные положения направлены на сохранение определенного баланса интересов как самих супругов, так и предпринимательского оборота, в том числе для поддержания более устойчивых позиций последнего. Наличие информации о принадлежности имущества тому или иному лицу позволяет защитить третьих лиц, которые участвуют в сделке с кем-либо из супругов.

По нашему мнению, приведенные нормы были бы весьма полезны и для нашего общества. Обязанность оповестить в публичном порядке о формировании иного, отличного от законного режима имущества супругов позволит в большей степени защитить права и интересы 3-х лиц и избежать возможных злоупотреблений от недобросовестных супругов-предпринимателей.

Также французское законодательство детально разрабатывает правовые режимы супружеского имущества. Титул V Гражданского кодекса почти полностью посвящен тому, что супруги могут изменить в законном режиме имущества при выборе ими режима общности.

Перечень, который представлен в статье 1497 ФГК исчерпывающий и предусматривает, что супруги могут договориться о том, что:

1. эта общность будет включать в себя движимость и доходы;

2. на нее будут распространяться правила, относящиеся к управлению законной общностью;

3. один из супругов будет иметь возможность изымать из неё определенные вещи в счет возмещения ущерба;

4. один из супругов будет иметь право на получение доли общего имущества до его раздела;

5. супругам будут принадлежать неравные доли;

6. между супругами устанавливается всеобъемлющая общность всех имуществ.

Супруги, устанавливая в брачном договоре правовой режим, могут выбрать из приведенного перечня возможные варианты.

Последующая глава III Титула V посвящена режиму раздельности имущества. Данный вид правового режима классически представлен в ст. 1536 ФГК, которая говорит о том, что если супруги оговорят в своем брачном договоре, что их имущество будет разделено, то каждый из них сохраняет за собой управление своей частью имущества. При этом каждый из супругов самостоятельно отвечает по своим личным долгам, возникшим до брака или во время брака.

Анализируя статьи Французского Гражданского кодекса, посвященные брачному договору, необходимо отметить, что он достаточно полно регламентирует отношения, связанные с заключением и исполнением брачного договора. Представляется, что с течением времени с учетом потребностей современного общества, а также определенной судебной практики, законодательство Российской Федерации позаимствует некоторые положения французской регламентации рассматриваемого вопроса.

*1 - Гражданский кодекс РФ, часть первая // СЗ РФ. 1994. N 32. Ст. 3301 (с послед. изм.).

*2 - Семейный кодекс РФ// СЗ РФ 1996, N 1, Ст. 16 (с послед. изм.).

*3 - Гришаев С.П. Семейные правоотношения с участием иностранных граждан. Подоготовлен для системы Консультант Плюс. 2009 г.

Статья_Тимшиной._Гражданское_право__2._2009.doc